– Дружище, обязательно выставлять меня подлецом?
Тим насмешливо прищурился:
– Заметь, старина, не я это сказал.
– Друг, называется, – Лануш тяжело поднялся. – Хоть бы дал мне шанс.
Следующие пять минут Тим развлекался, слушая, как Лануш извиняется. Лила, добрая душа, решила потешиться, заставляя того придумывать для себя весьма неприятные эпитеты, где слова «недоумок» и «тупица» были самыми безобидными.
Наконец они пожали друг другу руки.
– Только, пожалуйста, – добавил Лануш, все еще тряся ее руку, – кричи в следующий раз потише.
Лила приподняла уголки губ, выразительно посмотрев на того.
– Шучу, шучу, – Лануш вскинул ладони, – хотя…
Его прервала мадам Риата:
– Ребята, – донесся снизу ее голос, – обедать.
– Эх, – вздохнул Лануш, – я бы лучше поспал.
И снова всё стало казаться почти обычным. Почти.
Глава 10 Удар
После обеда, вместе с мадам Риатой, ребята снова выдвинулись на площадь.
Похоже, в этот раз они припозднились – по улице ко дворцу сейчас спешило всего несколько человек. Мужчины все с оружием – одни придерживали болтающиеся на поясах мечи, двое шли с луками, а плечистый здоровяк угрюмо помахивал огромным топором. У двух женщин, шагавших впереди, никакого оружия не было, но они вместе несли какой-то объемистый ящик.
Тим корил себя, что не догадался взять клинок – не потому что боялся, а потому что внутри всё щемило от какого-то дурного предчувствия.
– Надо бы мне прикупить чего-нибудь, – пробормотал Лануш, опасливо озираясь.
– Ты о чем? – Лила проследила за его взглядом и фыркнула. – Не смеши меня, Лануш. Будто волшебника этим проймешь! И потом, я думала, мы идем просто посмотреть.
– Посмотреть-то посмотреть, – Лануш замялся и тихо добавил: – Знаешь, всяко бывает.
Улочка сделала еще один поворот перед площадью, ребята завернули и…
– Кса!
– Ема-а-а!
Они не просто опоздали, они пришли, наверно, самыми последними.
Площадь была переполнена – казалось, здесь собрался весь город. Людское море захлестнуло даже все улицы в округе – пришлось остановиться за два квартала, у неприметного проулка. Отсюда Тим видел лишь узенькую полоску площади – ее правый краешек с помостом и еще дальше – небольшой участок дворцовой стены за высоченным кованым забором.
– Знаете что, ребятки, – мадам Риата с сомнением посмотрела на Лила, – вам туда соваться незачем. Постойте здесь, поглазейте, а я схожу, узнаю, что там с мэтром Николасом.
И она шустро стала проталкиваться вперед. Несколько минут Тим еще видел ее голову, но потом она исчезла в толпе окончательно.
Ребята начали ждать.
А ждать пришлось долго – прошел, наверно, час или два, а все еще ничего не происходило и мадам Риата не возвращалась. Многие вокруг от жары и усталости уже просто садились на мостовую. И Лануш тоже – он хоть и пытался сидя подремать, но, кажется, у него не получалось. Он несколько раз чуть не свалился на землю.
Скоро и солнце начало клониться к горизонту.
Со скуки Тим изучил уже все вокруг – деревья, мостовую, даже крошечный муравейник у обочины. Больше всего времени он убил, рассматривая стоящее рядом здание.
Старинное, двухэтажное, построенное из красного камня, оно перегораживало этот проулок, выглядывая на него узкими зарешеченными окнами. Чтобы оставить проезд, строители соорудили прямо посередине дома сквозную арку, такую низкую, что Тим, не подпрыгивая, мог дотянуться рукой до свода. Над ней, на втором этаже, приютилась комнатушка с низеньким окошком и одиноким цветком на подоконнике.
Вдруг резкий звук горна прорезал неподвижный, застоялый воздух.
Все вокруг сразу повскакивали, вытягивая шеи. Тим даже на цыпочки приподнялся, чтобы лучше рассмотреть.
– Что, что там? – Лила стала дергать его за руку.
– Генерал, он забрался на помост. Кса! С ним этот мальчишка, Лаир, слуга мэтра. Только вот самого мэтра не видно…
Снова прозвучал горн, и после него воцарилась тишина. Ее нарушил голос генерала, такой мощный, что эхом долетел даже до них: