– Лисор, мой сын, – голос Тнагура аж дрогнул от гордости.
Военные сразу засыпали Лила любезностями. Особенно старался сынок генерала – его вычурные комплименты в адрес Лила каждый раз вызывали у Тима оскомину.
Наконец все начали прощаться.
– От лица города еще раз приношу вам благодарность, – в который раз повторил Тнагур.
У Тима давно назрел вопрос к генералу, и он наконец решился задать его:
– Если позволите, я хотел бы спросить…
Все сразу замолчали, глядя на него. Но Тнагур по-отечески улыбнулся и кивнул, разрешая.
– Эти колдуны… Вам что-нибудь известно о них? Кто они? Откуда появились?
Генерал пожал плечами и усмехнулся:
– Да кто ж их знает! Они ж сумасшедшие какие-то. Но ты не переживай, мы обязательно с ними справимся, кто бы они ни были и откуда бы ни явились!
– Я хотел сказать, – неожиданно для всех вперед выступил Лануш, – предложить… если я могу чем-то помочь, вы всегда можете рассчитывать на мою помощь.
Военные удивленно переглянулись. Правду сказать даже Тима слова Лануша застали врасплох.
Генерал улыбнулся:
– Спасибо, сынок. Поверь, это много значит для нас в такое время. Но люди, что были здесь, – Тнагур кивнул на опустевший зал, – это подготовленные и тренированные бойцы, сейчас им лучше не мешать. Но я буду помнить о твоем предложении. Кстати, где вы остановились?
– В гостинице «Белая ласточка».
Генерал кивнул и добавил:
– Еще раз вам спасибо. И, если будет нужна какая-то помощь, смело обращайтесь. Я здесь часто бываю, а если меня нет – вот Матиус, моя правая рука.
Матиус согласно закивал.
Тут же вперед выступил Лисор:
– Сегодня в городе неспокойно. Я вместе со своими парнями провожу прекрасную Лила до гостиницы.
Кса! Тим аж поморщился, но вслух ничего не сказал – только взглянул на Лануша: и тот, кажется, всё понял без слов.
Глава 18 Новый приступ
«Генерал Тнагур сообщил о проведении церемонии захоронения его величества короля Эшгара Эрика IV», «Город скорбит», «Военное положение в Эшгаре отменяется», «Осторожно, колдуны! Портреты захватчиков», «В городе появился новый герой?», «Кто такая Лила?»
Из свежих выпусков эшгарских газет.
Два дня спустя.
С самого раннего утра мадам Риата вовсю трудилась на кухне, готовя все новые и новые порции яичниц, запеканок и булочек.
Вчера выдался тяжелый день – Лила опять заболела. Случился точно такой же приступ, какой настиг ее после Роднара. Только, кажется, на этот раз ударило еще сильнее – горячка была просто невозможной, а черные вены на лбу и висках вспучились еще сильней.
Но на этот раз пришла помощь – мадам Риата вызвала самых известных аптекарей города.
Целый консилиум несколько часов задумчиво перелистывал медицинские энциклопедии, горячо обсуждал и даже иногда яростно спорил – но так и не пришел к единому мнению о природе болезни Лила. Более того, у Тима сложилось впечатление, что никто из них даже для себя не смог решить, что это за недуг.
В конце концов, они сообщили Тиму неутешительный вердикт: это совершенно новая, неизвестная болезнь. Если приступы продолжатся, то, скорее всего, нужно будет готовиться к худшему.
Ноги Тима сразу стали ватными – он даже пошатнулся, а в глазах заплясали черные точки.
А следующим утром Лила, как и в прошлый раз, была весела, бодра и ужасно голодна.
Теперь пришла очередь мадам Риаты поражаться этому факту. Спозаранку она крутилась на кухне, пытаясь накормить прожорливую девицу. Наконец, выставив на стол вообще все, что нашлось съедобного в доме, и окончательно вымотавшись, она ушла к себе – досыпать.
Тим остался наедине с Лила.
Ему не хотелось есть – он просто сидел, подперев голову руками и облокотившись на стол. И, улыбаясь, смотрел на Лила. Ему было так хорошо и уютно от того, что она выздоровела. От того, что она улыбалась, смеялась. От того, как сверкали синие и медовые лучики в ее глазах, у него на душе становилось тепло.
Тим всё ещё помнил, как держал её за ладонь ночью, когда она металась в горячке – ее кожа обжигала руку, взгляд метался, слова путались в бреду… А теперь – словно не было ничего страшного.