Но не все было так радужно.
Не считая болезни Лила, еще одна мысль свербела в его голове. Мысль которую он сейчас загнал подальше и не разрешал себе думать о ней. Не сейчас. Он помнил, что уже принял тяжелое решение, наверно самое тяжелое в своей жизни. Знал, что скоро нужно будет сообщить ей об этом, но не знал, как это сделать. Но не сегодня, точно – не сегодня. Сегодня у них праздник – Лила выздоровела.
А она ни о чем не догадывалась, уплетала ватрушки одну за другой.
– Кстати, – вспомнил Тим, – Лила, ты вчера все время бормотала о какой-то третьей веревке. Что это значит?
Чуть не поперхнувшись, Лила замерла на мгновение – рука с булочкой так и застыла в воздухе, а на ее щеках вспыхнул яркий розовый румянец.
– Я… я не знаю. Да я же в бреду была, что ты хочешь? Смотри, Лануш идет! Привет, Лан!
На кухню, зевая, вошел Лануш:
– Ема-а-а! Уже жрете. И мне ничего не оставили! – И, предвосхищая возмущение Лила, он вскинул ладони: – Шучу-шучу. Я слышал, ты вчера прихворнула. Сегодня как? Полегчало?
– Не то слово! В жизни себя не чувствовала лучше.
Лануш одобрительно закивал, заглядывая в большие глиняные горшки:
– Это хорошо.
– Старина, сам-то вчера где пропадал?
– Да, – отмахнулся Лануш, – в городе весь день промотался.
Он присел за стол и схватил здоровый кусок пирога:
– Кстати, там все только о тебе, Лила, и говорят.
– Да? – у той довольно заблестели глаза. – И что же говорят?
– Что, что… – жуя, поморщился Лануш. – Спасительница, говорят. «Что бы мы без нее делали»…
Он недовольно покачал головой и, все еще с набитым ртом, повернулся к Тиму:
– Слушай, дружище, почему так? Мы старались все вместе, а слава досталась только ей?
Тим рассмеялся:
– Старина, не ты ж скальпелем орудовал-то, – он похлопал друга по плечу. – А капельки капать все могут.
Лануш почесал затылок и пробурчал:
– Это конечно. Но все же нас будто там и не было. Обидно!
Он снова принялся жевать.
– Ты так мило обижаешься! – Лила, улыбаясь глазами, погладила его по плечу. – Не переживай, Лан, будет и на твоей улице праздник.
– Будет, – согласился тот, – но для этого тебе нужно кое-что сделать для меня.
– Даже так? – она с интересом взглянула на Лануша, – А что именно?
– Скушать кекс, – ответил тот, продолжая жевать.
– Дивно! Что-то слишком просто. В чем подвох-то?
– Подвоха нет. В общем, вчера с самого утра я отправился в поход по местным кондитерским. И попалась мне одна пекарня, очень даже неплохая. Я бы даже сказал, замечательная! Шеф-повар у них, конечно, из Солена. Так вот, я целый день потратил, пытаясь устроиться к нему на работу. А он ни в какую, знай только со всеми про Ларинью свою ла-ла-ла, ла-ла-ла. Твой поклонник, в общем. Ну я и ляпнул, что я твой друг и запросто приведу тебя попробовать его кексы. Если он, конечно, возьмет меня на работу на пару дней. Так что сильно не наедайся, скоро выходим, через час у тебя дегустация.
У Лила глаза засверкали:
– А что, я приду! Я люблю кексы, – она, вставая, довольно потянулась, – Тим, пойдешь с нами?
Он покачал головой:
– Нет, я к антиквару собрался, родственнику мадам Риаты. Она уже договорилась, что я приду.
– А ты не боишься, – Лануш лукаво сощурился, – что к ней там начнут не приставать… какие-нибудь голубоглазые блондины.
– Вот еще! – фыркнула Лила, а сама стрельнула на Тима хитрым взглядом, – кстати, я вам не рассказывала…
– Лила, – взмолился Лануш, – нас ждут!
– Иду-иду, – схватив булочку, она наконец упорхнула из кухни.
– Кстати, дружище, я вчера на собрании Матиуса видел, он тебе привет передавал.
– Спасибо, – задумчиво потерев висок, Тим внимательно посмотрел на друга, – слушай, старина, давно хотел тебя спросить. Помнишь, ты сказал Тнагуру, что готов помочь им сражаться колдунами.