Старик поцокал языком и всучил Тиму пробирку с зеленоватой жидкостью. Тим повертел ее в руках и покачал головой:
– Кстати, – сказал он, отдавая зелье, – а что это было за средство на площади, с дымом?
– А, черная стена, – поморщился старичок. – Нет, у меня такого нет. Но есть другое.
Он вытащил маленький плоский пузырек с прозрачной жидкостью:
– Вот. Одна капля в костер. И всю округу заполнит густой белый туман. Целый час будет стоять. Вот. Хорошее средство. Держи, мой подарок.
Тим немного опешил и несколько растерянно принял дар.
Он не привык получать подарки просто так, особенно от незнакомцев – внутри кольнуло что-то тёплое, почти забытое.
Затем хозяин лавки показал стеллажи с прекрасными картинами и старинными книгами.
– Вот. Особый экспонат, – он подвел Тима к большому ящику, – зуб дракона, седьмой клык.
Зубом дракона оказалась здоровенная острая кость длиной, наверно, с локоть. Тим подумал, что если это и вправду зуб дракона, то очень даже неплохо, что они все давно вымерли.
Потом начались шкафы с монетами – у Тима сразу заблестели глаза.
Следующие два часа он с рвением пересматривал нумизматические альбомы – десятки и десятки. Хотя большей частью здесь находились довольно распространенные экземпляры, Тим нашел и несколько настоящих раритетов – поразительные старинные монеты в прекрасном состоянии.
Но монеты Лунгри здесь не было.
И старик даже не знал, у кого она могла бы быть. Выяснилось, что уже долгие годы в Эшгаре ходили о ней лишь туманные слухи.
Впрочем, Тим и не надеялся, что ему так сразу может повезти. Он завел со старичком долгий пространный разговор об антикварном деле в Эшгаре, попутно вызнавая адреса магазинов и их специфику.
Выяснилось, что ему предстоит обойти с полсотни точек, разбросанных по огромному городу. Тим даже набрался наглости и попросил хозяина лавки черкануть пару рекомендаций для своих знакомых – других антикваров.
Старик не очень охотно, но все же написал две записки.
Наконец Тим, вполне удовлетворенный, начал прощаться с любезным хозяином, но тут вдруг вмешался мальчишка, до этого скромно державшийся в сторонке. Он шустро подскочил и начал дергать деда за рукав.
– Вот же ж, – опомнился тот, останавливая Тима, – мадам Риата говорила. Ты стражник Лила?
Тим рассмеялся, услышав, что его назвали именно стражником:
– Можно и так сказать, но, скорее, все же друг.
Мальчишка аж подпрыгнул от восторга и засыпал Тима вопросами, глядя своими большими, наивными, зелеными глазами:
– Правда, что она очень смелая? Она совсем не боится колдунов? Говорят, что она была ученицей самой леди Лориен?
Тим улыбался от его вопросов:
– Да, смелая. Насчет колдунов не знаю, надеюсь все же, что она их побаивается. Ученица? Нет, она называет себя помощницей леди Лориен.
Старик, глядя на внука, озадаченно качал головой:
– Вот. Наслушался сказок. Про Лила.
– Дед, это не сказки! Все правда, все настоящая правда, – глаза мальчугана сияли.
Хозяин лавки вздохнул:
– Вот. Была бы правда. Она бы сама прогнала. Колдунов, – он повернулся к Тиму. – Вот. Скажи. Она волшебница?
– Нет.
Старик помрачнел и посмотрел на внука:
– Вот. Она не волшебница. Как, по-твоему? Она с колдунами справится? Они ж целый город. Одним щелчком.
Внук растерянно перевел взгляд на Тима, но потом вспомнил:
– Но не ее! Она устояла! Значит, устоит и дальше. Я же говорю – она особенная!
Старик опять покачал головой:
– Вот. Молодежь. На все у них ответы.
Мальчишка уставился на маленькую резную фигурку, приколотую к куртке Тима, и затараторил:
– Говорят, что ларинья – это символ Лила. А почему ты его носишь?
– Ну, друзья Лила носят ларинью, чтобы помочь ей найти родных.