Скатили довольно быстро, но потом ее пришлось еще немного проволочить к стене – к единственному месту, где имелся свободный пятачок и можно было разложить документы.
А после парни обессиленно рухнули на тюки поблизости – ноги уже не держали.
Но Тим позволил себе полежать только пять минут, а потом поднял голову.
Лануш спал – даже посапывал во сне, а Лила сосредоточенно читала, раскладывая прочитанные письма в стопки. В тишине зала эхом разносился негромкий шелест бумаги.
Тим потер висок. Н-да, так они еще надолго тут застрянут, надо ей помочь.
Он заставил себя подняться. Сходил к стеллажам – принес несколько небольших коробок. Все пустые – их содержимое он вытряхнул прямо на пол – там же, где взял их.
И начал перебирать письма. Тим смотрел только на даты на обороте конвертов – в одну коробку клал документы за интересующий их период, остальные – в сторону. Они с Лила договорились брать все письма аж за полгода – чтоб наверняка, чтоб точно не пропустить нужное послание.
Дело пошло шустрее. За час Тим перебрал все – получилась всего одна не очень большая коробченка, хотя и с верхом.
Теперь Лила читала письма только оттуда. Правда, работа у нее продвигалась медленно.
– Бумага отсырела, – Лила поморщила носик, посмотрев на потолок, – чернила расплылись, тяжело разобрать.
– Ничего, сейчас Лануша растолкаю, и мы все вместе.
Лануша разбудить оказалось не так просто, но в конце концов он проснулся, привстал и энергично потер руками глаза:
– Ема! Долго я спал-то?
– Долго, – соврал Тим, дочитав очередное письмо, – давай помогай.
Он потянулся было за следующим документом, и в этот момент…
В голову будто здоровенное шило воткнули.
Тим аж ойкнул и, зажмурившись, схватился за затылок. И тут же резко вскинул другую ладонь, давая знак друзьям.
Но те и так уже замерли.
Несколько мгновений Тим сидел неподвижно. Потом медленно открыл глаза и поднялся. Его внимание приковала стена, возле которой они расположились. Он тихо, на цыпочках, подошел поближе. Потом осторожно протянул руку вперед и мягко прикоснулся к каменной поверхности. Постоял еще немного, а затем приложил к ней ухо.
Через мгновение и Лила, и Лануш тоже припали к стене.
Все замерли.
Вначале было очень тихо.
Но потом Тим явственно услышал приближающиеся шаги и голоса. Толстая стена так сильно приглушала звук, будто он доносился откуда-то издалека. Но скоро Тим даже расслышал, что разговаривали двое.
– Сюда, учитель, сюда, – молодой голос казался напуганным.
Лила схватила Тима за руку. Он почувствовал, как она дрожала.
Тиму их дыхание казалось слишком громким. Он старался даже не моргать, чтобы не издать ни малейшего звука.
Шаги замерли прямо напротив них.
– Это здесь, учитель.
На несколько мгновений стало тихо.
Тим живо представил, как с другой стороны двое людей точно так же приложили уши к стене и теперь чутко прислушивались к происходящему. В его голове лихорадочно помчались мысли. Кса, неужели нас все-таки услышали? Бежать прямо сейчас или затаиться? Нет, надо ждать, надо ждать.
– Вы тоже чувствуете это, учитель?
– Д-да… но… это же невозможно! – сквозь толщу камня едва просочился странный шелестящий голос. – Этого просто не может быть!
Ногти Лила почти впились в запястье Тима.
На минуту опять стихло, а потом молодой не выдержал:
– Но что это, учитель? Что это такое?
– Правильнее было бы спросить… – шелестящий голос вдруг сделал длинную паузу, а потом задал вопрос, который Тим больше всего боялся услышать, – а что находится за этой стеной?
– На строительном плане помещение обозначено как овощехранилище, но мы не смогли осмотреть его, учитель: вход завален камнями.
– Самое время разобраться с этим, мой друг. Идем.
Раздались торопливые, удаляющиеся шаги.
Кса! Появилось холодное тянущее ощущение в затылке – к пролому в полу. Пора бежать! Документы? Нет, нельзя оставлять их. Столько потрачено сил – и напрасно? Ни за что! Тим глянул на коробку – пролом слишком узкий, не пролезет. Мешок, нужен мешок.