Все вояки обступили Лила и оживленно загалдели:
– Но как? Как тебе удалось сбежать от них? Сколько их было? Где они тебя держали?
Вначале ребята недоуменно переглядывались. Потом Лила не выдержала и, отстранившись от Лисора, прямо спросила:
– Сбежала? Да откуда?
Сразу стало тихо, на лицах военных отразилось смятение. Теперь уже пришел их черед обмениваться недоуменными взглядами.
– Разве тебя… вас всех… не схватили колдуны? – стальные глаза Матиуса впились в лицо Лила.
– С чего вы взяли? Нет, конечно, – Лила приподняла бровь. – Что тут вообще происходит?
Матиус не ответил ей – нахмурившись, он быстро посмотрел на Лисора и снова на Лила:
– Тогда… где же ты была?
– Ну, – Лила чуть съежилась под его взглядом, – по делам ходила.
– По делам… – протянул Матиус, выпрямляясь.
Он весь побагровел, напрягся, на скулах заиграли желваки, глаза сузились.
Что-то произошло – непонятное и тревожное.
По тому, как изменились лица военных, Тим почувствовал явную угрозу. Он тут же протиснулся вперед, встав между Лила и Матиусом:
– Спокойно, спокойно. В чем дело? Что случилось? – Тим говорил миролюбиво, пытаясь отвлечь внимание на себя.
Это ему в какой-то мере удалось – Лисор вдруг разъяренно оскалился на него:
– Точно! Это все он! – он толкнул Тима в грудь. – Гаденыш, что ты наделал? Куда ты ее увел? Она не твоя, запомни, она не твоя!
Тим, желая еще больше отвлечь внимание на себя, нагло ухмыльнулся тому в лицо:
– Может, твоя?
– Ах ты!
Лисор бросился на Тима с кулаками, но тут вмешался Матиус – мощными руками он раскидал обоих в разные стороны:
– Хватит! Нашли мне тут время!
Алурдис грозно и многозначительно придвинулся к Тиму – пришлось остановиться.
Матиус снова повернул голову к Лила, его глаза смотрели так жестко, что, наверно, раскрошили бы камень:
– А ты? Как ты могла, Лила? Вокруг война идет, а ты… своими делишками занимаешься?
– Не, ну а что такого-то?.. – Лануш тоже хотел было заступиться, но сразу осекся под брошенным на него яростным взглядом Матиуса.
Целую минуту стояла тяжелая, напряженная тишина – такая густая и плотная, что, казалось, звенела в ушах.
Потом Матиус, все еще сверля Лила глазами, хрипло, но чеканя каждое слово, выговорил:
– Лила, не смей больше уходить без разрешения!
Она сразу вспылила:
– Не надо со мной так разговаривать! И запрещать мне ничего не надо! Я вам не пленница!
– Да, командир, полегче. Она тут ни при чем, – Лисор шагнул вперед, чуть заслоняя Лила, и кивнул на Тима. – Это все этот змей.
Алурдис положил руку на плечо Тима, давай понять, что ему лучше помолчать.
– Да что случилось-то? – снова вмешался Лануш.
Матиус ответил не сразу – он еще минуту молчал, буровя Лила пронзительно холодным взглядом, и только потом повернул голову к Ланушу:
– Когда утром вас не нашли, все решили, что колдуны выкрали вас. Толпа подростков помчалась штурмовать дворец. Большую часть мы смогли задержать на подходе, но некоторые прорвались…
Лила вдруг зашаталась – Лисор тут же поддержал ее. Он проводил девушку до дивана, а потом бросился на кухню – принес воды.
Через минуту Лила, наконец, пришла в себя. Подняв затравленный взгляд на Лисора, она дрогнувшим голосом спросила:
– Заклинание? – ее лицо стало бледным до зелени.
Блондин замахал руками:
– Нет-нет, что ты! Маги тихонько отбросили их назад, и все. Никто не пострадал, пара ушибов, и все, – он обернулся к Матиусу и укоризненно добавил: – Да зачем так пугать-то ее?
Но тон Матиуса оставался просто ледяным:
– Да, из детей никто не пострадал. Но не потому, что Ларинья их защитила. А потому, что маги пожалели подростков. И весь город сегодня понял, что они пощадили детей. И в каждом доме сегодня сказали, что колдуны не такие уж и плохие люди, – Матиус вздохнул и добавил, – даже я это сказал. Я ненавижу этих убийц, но сегодня и я оценил их поступок. И не оценил твой…