На шестой день Фелдон променял камин на его рабочий стол. Вскоре после этого его слуги получили небольшую записку – список предметов, которые они должны достать, так скоро, как это было возможно: тонкие листы меди, стальные заклёпки, связки проволоки из различного скрученного металла, латунные зубчатые колёса, если они смогут их раздобыть (если не смогут, тогда стальные), стеклянную посуду самой разнообразной формы. Список украшали иллюстрации с нанесёнными на них размерами. И здесь же было письмо, которое нужно было выслать в далёкое место на юго-западе.
Следующие два месяца работа шла полным ходом. Фелдон вернул кузницу к жизни, и от оглушительных ударов по маленькой наковальни звенело в ушах. Огонь был основой горной магии, и Фелдон был её мастером. Он мог использовать его, чтобы нагреть определённое место точным количеством тепла, просто приказав ему сделать это. Такова была природа магии старца.
Прибыла проволока и зубчатые колёса (стальные, не латунные), листья из меди, и немного из бронзы. Стекло было нестандартное, и Фелдону пришлось прибегнуть к тому, чтобы научиться выдувать его, придавая ему нужную форму. Проволоки было больше, чем надо, и её излишки скрутили с конскими волосами, образовав густые, длинные шнуры, похожие на человеческий волос.
В конце второго месяца Фелдон смотрел на свою работу, выискивая недостатки. Суставы были тугими, а руки двигались в неправильном направлении. Голова была слишком огромной, а волосы выглядели как то, чем они являлись на самом деле: смесью проволоки и конских волос. Глаза были немного больше, чем плохо выдутые стеклянные сферы. Она была слишком высокой в плечах и слишком широкой в бёдрах.
Создание не было похоже на Лоран. Только вокруг рта был намёк на ту самую улыбку.
Фелдон затряс своей головой, и в уголках его глаз показались слёзы. Он взял кузнечный молот и разобрал автомат по частям.
И он начал снова.
Он размышлял над созданием Лоран в её библиотеке. Она обучалась с самим Урзой и знала что-то об изобретениях. Он натягивал проволоку и лигатуру на руки и ноги, строя первые миниатюрные модели, а затем полноценные макеты, прежде чем приступить к окончательной версии. Он работал с костями животных и деревом так же, как с металлом и камнем. Стеклодувное ремесло получалось всё лучше, он даже изготовил стеклянный глаз для старушки в деревне, который ничем не отличался от её собственного. Шаг за шагом он строил устройство, похожее на Лоран, используя бесчисленные множества материалов.
Через шесть месяцев он закончил свою работу. Изобретению не хватало только сердца. Фелдон терпеливо ожидал появление этого органа. Он провёл многое дней в мастерской, полируя, тестируя, и перестраивая своё создание. Когда он впервые встретил Лоран, она использовала все свои две руки. Позже она перестала использовать одну из них, искалеченную Ашнод. Он ходил взад и вперёд, снимая и надевая руку обратно. В конце концов, он придал автомату, завершённый полноценный вид.
Через месяц из далёкого места на юго-западе пришёл свёрток, от учёного, которого Лоран и Фелдон узнали, когда были в Терисии, в Башне из Слоновой кости. В свёртке был маленький обломок кристалла, от которого исходил нежный свет – силовой камень. Это и должно было стать сердцем его устройства. После войны этих камней оставалось всё меньше и меньше, но он смог раздобыть один из них.
В свёртке была также записка, подписанная Драфной, преподавателем Университета Лат-Нам. В ней было всего лишь два слова: «Я поняла».
Фелдон удерживал силовой камень дрожащими пальцами. Со всей возможной осторожностью удерживая камень в обеих руках, он подошёл к своему устройству, стоявшему, словно часовой, в центре мастерской. Он поместил кристалл в консоль, расположенную в том самом месте, где у живого человека должно было быть сердце. Закрепив его в каркасе устройства, он закрыл дверцу отсека. Он потянулся рукой за левое ухо автомата и коснулся маленького переключателя.
Автомат дёрнулся, оживая, словно марионетка, чьи нити внезапно натянулись. Его голова затряслась, потом слегка наклонилась в одну сторону. Одна нога напряглась, вторая осталась расслабленной. Одно плечо немного опустилось.
Фелдон кивнул и поднял руку, показывая в дальний угол комнаты. Автомат, похожий на Лоран, осторожно пошёл вперёд, подобно женщине, спустившейся на сушу после долго морского путешествия. К тому времени, как она достигла конца мастерской, её походка стала нормальной. Она дошла до противоположной стороны, развернулась и пошла обратно.