Отдышалась, она увидела большой рассохшийся пень, весь усыпанный бледными огоньками. У его корней голубоватые огоньки лежали целым ворохом, как драгоценные камни, и их россыпь вела дальше, в глубь чащи, за тёмные стволы поваленных деревьев. Полли как заворожённая смотрела на бледную светящуюся дорожку.
«Но как же так? — сама себе удивилась Полли, — Мне надо идти совсем в другую сторону. Я должна встретиться с радугой; все ждут, что я...» И тут она потеряла не только дар речи, но и дар мысли. Лёгкая цветная паутинка коснулась её мордочки и засверкала на глазах. Полли взглянула сквозь неё и увидела висящие в воздухе огни. Эти огни слегка дрожали и затем, словно танцуя, закружились вокруг. «Идём, идём с нами», — зазвучало в голове Полли. Это говорили с ней болотные огни, но говорили они беззвучно.
Не в силах сопротивляться, по тропинке, усыпанной светящимися гнилушками, Полли вышла к огромному болоту. Оно было похоже на большую поляну или озеро. «Удивительно, — подумала Полли, — и не поляна и не озеро, и не вода и не земля».
Болото клубилось и дышало, как спящее чудовище. Небо над ним казалось светлее, точно сама трясина отбрасывала на него свой волшебный свет. Болотные огни ещё покружили вокруг Полли и, растворясь в светлом тумане чернеющего болота, вспыхнули ярким цветком в самом его центре. Бедной Мышке померещилось, что земля задрожала под её лапками и снова сладко запахло цветами.
Ей ужасно захотелось спать и ещё очень захотелось туда, к горящему цветку, в самое сердце тёмного болота. «Как же там прекрасно, — подумала Полли, — и как спокойно! Там танцуют болотные огни и пахнет цветами. Там, среди топи, есть маленький островок, покрытый мягким мхом. Так сладко на нём уснуть!» Полли почудилось, что это не её мысли, а кто-то другой нашёптывает ей всё это на ушко. Пытаясь бороться с этим сладким мороком, ей хотелось бежать прочь от этого страшного места.
Но тут она услышала нежнейшую музыку, льющуюся откуда-то из глубин болота. Туман над болотом стал розовато-лиловым, и повсюду стали появляться сияющие голубые островки.
— К нам, к нам, сладенькая Полли. Не бойся, мышка-глупышка, мы не обидим тебя, мы обнимем тебя, мы заберём тебя с собой в глубокие топи, в глубокий покой.
Не помня себя, бедная мышка, пошла по мягкому зыбкому мху. Она шла на свет болотных огней, к горящему холодным светом цветку, в самое сердце тёмного болота.
— Ты так прекрасна, чудесная Горючая топь! — бормотала Полли, — Я не в силах сопротивляться тебе, но я дойду до самого твоего сердца...
Внезапно под её лапками, всплыл большой тёмный пузырь, и из глубины послышался утробный рык. Полли пискнула и, оступившись, стала тонуть в липкой и жидкой грязи. Чем больше она трепыхалась и пыталась выбраться, тем крепче были объятия страшного болота, которое засасывало её как свою добычу, не желая отпускать. Полли затихла и пропищала:
— Милое болото, умоляю, отпусти меня! Ради чудесной радуги, ради всех, кто ждёт дождя, что принесёт она с собой...
Но трясина всё сильнее и сильнее тянула Полли ко дну. На поверхности осталась только её мордочка с круглыми от ужаса глазками.
— Хорошо! Забирай! Забирай меня! — из последних сил запищала несчастная мышь, — Только пожалей моего Васика! Пусть случится дождь! Пусть мои слова дойдут до твоего сердца!
Полли последний раз глянула на небо, на россыпь звёзд, таких далёких и таких безразличных.
И тут всё небо ей загородила чья-то огромная мохнатая морда. Сильная когтистая лапа подцепила её за брюшко и вытащила на поверхность. Большие, на выкате, глаза с любопытством глядели на Полли. Морда хмыкнула:
— Дура! У болота нет сердца! Ходят тут всякие, надышатся испарениями и лезут в самую топь! А ты доставай их всех подряд из трясины, будь добр.
Полли едва слышно пискнула:
— Кто Вы?
Зверь фыркнул:
— Бобр. Тьфу ты! Совсем тут с вами сума сойдёшь, — и поправился, — Бобёр я.
В могучих лапах Бобра тельце маленькой мышки обмякло, и она впервые в жизни лишилась чувств.
Очнулась Полли уже утром. Несмотря на ранний час, солнце палило нещадно. Полли лежала на влажных листьях у большой заводи, рядом с плотиной, что построил Бобёр. Болото осталось где-то в стороне и теперь было похоже на обычную грязную огромную лужу. В воздухе пахло гарью, и было заметно, что над поверхностью болота, то там то сям, начинает клубится дымок. Испугавшись, Полли вскочила на лапки и тут же повалилась на бок, обессиленная всем тем, что случилось с ней прошлой ночью.
Старый Бобёр работал неподалёку. Сплавляя стволы поваленных деревьев по совсем обмелевшей реке, он старался ещё прочнее укрепить свою плотину.