Софа раскрыла свои хищные лапы и осторожно подхватила Полли
— А теперь летим! — ухнула Софа, — летим к твоей радуге в самое ненастье! Уф, как же я люблю такие полёты! — закурлыкала Софа и захохотала гулким надрывным криком. Она расправила свои большие крылья и, спикировав почти к самому дну оврага, стремительно взвилась в небо, рассекая тёмный воздух.
В первый миг Полли показалось, что она осталось где-то там наверху, а её сердце упало на самое дно глубокого оврага, но потом они взлетели вместе с Софой ввысь, и Полли, снова встретившись со своим сердцем, открыла глаза. Внизу клубился туман и совсем не было видно земли, а сверху нависали тяжёлые чёрные тучи и было похоже, что небо с землёй поменялись местами, или они с Софой летят вверх тормашками. Удивительно, но Полли не было страшно. Чувствуя острые когти Софы, Полли ещё теснее прижималась к её телу и, утопая в нежном и горячем пуху, слышала сердце Софы. Оно билось в один такт с её сердцем, и от этого ей казалось, что они одно целое. И уже не важно, кто летит по небу — Софа или Полли — а важен только сам полёт.
Софа поднималась всё выше и выше, воздух вокруг них стал совсем холодным, почти стеклянным, а где-то внизу слышались отдалённые раскаты грома.
— Потерпи немножко! — крикнула Софа, перекрывая их отдалённый гром, — Мы должны облететь грозовой фронт. Я знаю, что здесь очень холодно и воздух совсем разряжен, но там, внизу, сейчас небезопасно!
Полли хотелось что-то ответить своей подруге, но она совсем заледенела в когтях Софы, даже её шёрстка покрылась белым инеем. Софа посмотрела на маленькую Полли и ещё тесней прижала её к себе, совсем зарыв в свой пух.
— Ты, подруга, того, совсем побелела, — закурлыкала он, — Ничего, сейчас я тебя отогрею, а то ты не полёвка, а какая-то полярная мышь с Крайнего Севера, — заухала Софа.
Стараясь отогреть свою подругу, Софа решила спуститься чуть ниже, и вот тут случилось непоправимое. Сильный поток ветра подхватил Софу, и, закружив в воздушную воронку, потянул её вниз, к самой земле. Софа отчаянно пыталась бороться с потоком ветра, со всей силы хлопая крыльями и ловя нужный поток воздуха, но воронка была сильнее. Софа, ни на секунду не забывала о Полли и, сражаясь со стихией, ни разу не разжала своих лап.
— Мы падаем! — пищала Полли, — брось меня! Мы не сможем спастись вдвоём! Софа! Спасай себя!
Но Сова и не думала отпускать Полли. Она ещё крепче сжала её своими лапами, и Полли почувствовала острые когти на своей тонкой шкурке.
— Я не брошу тебя Полли! — ухала Софа, заглушая порывы ветра, — Мы, совы, никогда не бросаем свою добычу! — пыталась шутить она даже в этой ситуации. И тут встречный поток ветра вытолкнул её в сторону и вверх, и она, расправив крылья, вылетела из воздушного водоворота. «Спасены! Мы спасены», — только и успела подумать Полли, и тут ослепительно белая молния ударила в них, оглушив раскатом грома. Софа разжала лапы, и Полли оказалась в пустоте.
Полли раскрыла свои глазки и очень удивилась. Непонятно, сколько прошло времени с их полёта и внезапного падения. Времени больше не существовало. Да и сама Полли, хоть всё ещё и была Полли, но больше не была мышкой и уж тем более полёвкой. «Кто я?» — подумала Полли, но тут же отпустила эту мысль — настолько она показалась ей странной и необычной. Вокруг было темно и тихо. «Какой странный конец у этой сказки», — вдруг подумалось Полли, но это были совсем не её мысли.
— Кто здесь? — совсем тихонечко пискнула она.
— Мышка-глупышка! — услышала Полли едва уловимый звук, больше похожий на слабый мерцающий свет, — Это не конец, а начало. Так тихо и темно бывает в самом начале. А здесь никого, только мы с тобой.
Полли стала внимательно всматриваться в это слабое разговаривающее свечение. Под её взглядом, оно стало разгораться всё ярче и ярче, переливаясь всеми цветами, пока не превратилось в огромное Северное сияние. Полли осмотрелась вокруг. Под звёздным небом простиралась снежная равнина. Всё блестело, точно посыпанное пудрой из бриллиантовой крошки.
— Вон аж куда меня занесло, — удивилась Полли. Она никогда раньше не видела зимы и снега, но теперь ей казалось, что когда-то давным-давно она летала над этой заснеженной равниной и у неё были большие сильные крылья.
— Это не тебя занесло, — услышала Полли переливающееся разноцветное сияние, — а твою подружку Софу. Но о ней можешь не беспокоиться. Она всегда мечтала о Полярной ночи и долгих полётах. И не волнуйся, ты ещё обязательно встретишься с ней и со всеми кого любишь.
Сияние на какие-то доли секунды стихло, а потом вспыхнуло с новой силой.
— А ты? О чём мечтаешь ты, маленькая мышка Полли?
Полли растерялась.
— Я хотела встретиться с радугой, а теперь... — Едва справившись с волнением, мышка продолжала, — Наверное, Вы и есть радуга, только северная. Вы, наверное, радуга Софы, или... Скажите мне, кто Вы? — едва слышно прошептала она. И тут небо озарилось всеми семью цветами, Полли увидела волшебный радужный мост, который начинался у самых её лапок и поднимался дальше в небо, уходя за горизонт.
— Радуга. Теперь я знаю, что Вы и есть Радуга, — завороженная зрелищем, лепетала Полли, — Я всё-таки дошла.
— Мышка-глупышка, — услышала Полли серебристый смех, который звучал со всех сторон и в то же время отчётливо раздавался внутри неё, — Я и есть ты. А то, что ты видишь, всего лишь причудливая игра отражённого света — отражённого от тебя, от всего живого и прекрасного что только есть в этом мире.
Полли наступила лапкой на радужный мост, и белая заснеженная равнина куда-то пропала. Полли стояла на Радуге и не смела двинуться дальше.
— Что же мне делать? Куда мне теперь идти? — спросила она, уже как бы, саму себя.
— Куда хочешь, — отозвалось радужное сияние в её крошечном сердце, — Ты проделала такой долгий путь — путь к себе. А этот путь самый трудный. Осталось совсем немного.
И тут Полли почувствовала на себе чей-то взгляд, такой знакомый и родной, который смотрел на неё большими детскими глазами.
— Васик! — пискнула Полли, — Я вернулась! Я иду к тебе!
И в этот момент гулкий раскат грома расколол небо на пополам и на Полли сверху обрушились потоки воды: самого настоящего тёплого ливня.
— Как же долго я спала, — подумала Полли, — и как чудесно снова оказаться дома, возле маленького ручья у больших холмов.
Полли, задрав свою мордочку, посмотрела на небо. Дождь лил с такой силой, что ей показалось, будто она сейчас утонет, захлебнётся дождевой водой. Маленький ручей превратился в быстрый стремительный поток и, разделившись ещё на несколько ручейков, нёсся в сторону теперь уже полноводной реки. Полли, вся промокшая до последней шёрстки, кинулась бежать вдоль ручья. — Васик! Васик! — кричала Полли, но шум дождя заглушал её писк. Поскользнувшись на мокрой траве, Полли плюхнулась в ручей, и потоки воды закружили и понесли её вниз, в долину.
— Полли! — неожиданно услышала она сквозь шум и плеск воды чей-то тоненький голосок.
Маленький лягушонок, подплыв к ней, обнял её своими ещё неокрепшими лапками.
— Полли! — квакнул он, ещё сильнее прижавшись к ней. Заглянув в его большие глазки, Полли узнала своего Васика.
Дождь почти совсем утих, и только мокрая пыль стояла в удивительно свежем и прохладном воздухе. Уже запели птицы и зашумели деревья, а Полли всё никак не могла налюбоваться своим повзрослевшим Васиком.
— Как же ты вырос, мой любимый Васик, — попискивала она, глядя в его большие лягушачьи глазки, — Наверное меня не было целую вечность, раз ты успел так вырасти и измениться, — вздыхала Полли.
— Может, вечность, а может, всего одно мгновение, — квакал Васик, немного поддразнивая её. И тут из-за тёмных туч выглянуло солнце и всё озарилось таким ярким светом, что мокрая пыль, стоящая в воздухе, заискрилась и заиграла всеми цветами радуги. И через всё небо вспыхнул её волшебный семицветный мост.
— Смотри, радуга! — заквакал Васик. Полли посмотрела на небо, затем на поле: каждая капля, дрожа, отражала волшебные цвета радуги. Всё блестело и сверкало вокруг. Полли закрыла глазки, и маленькая слезинка соскользнула с её мордочки. Радужно вспыхнув, она упала в траву.
— Почему ты плачешь, милая Полли? — удивился Васик, — Ведь всё так хорошо закончилось
Полли погладила своего друга по его прохладной спинке.
— Всё только начинается, мой любимый Васик, — пискнула она, — А плачу я от радости, я очень счастлива! Теперь-то я точно знаю, где живёт Радуга. Уж, во всяком случае, знаю где её искать. Васик раскрыл на Полли и без того свои большие глаза.
— Ты мне расскажешь? — таинственно прошептал он. Полли так сильно прижала Васика к себе, что он услышал, как бьётся её маленькое сердечко.
— Здесь, — тихо пискнула Полли, — Радуга живёт здесь! И ещё она — везде!
Полли отпустила Васика и он,заквакав, запрыгал по мокрой траве.
— Догоняй! — крикнул Васик, и Полли, засмеявшись, побежала за ним.