Весна. Свежесть. Пробуждение жизни. Рассвет чувств. Санина ощущала такую же прекрасную бурную весну и в себе - каждой клеточкой, каждой порой, и каждая мысль её была наполнена смыслом, жизнью и счастьем. Она сияла. Каждый день, проведённый с Костей, поднимал её самооценку всё выше и выше. Годами сдерживаемая страсть, забетонированный где-то в глубинах темперамент - все её чувства и эмоции были свободны и теперь стремительным потоком растекались по венам. Она излучала какую-то чувственную красоту, притягивающую к ней взоры. Это чувствовалось. И Соня понимала это.
Так продолжалось всю рабочую неделю. И, похоже, природа действительно была на одной с ней волне, поскольку в пятницу ветер подул сильнее, подкидывая с запада прохлады. Когда Санина надевала плащ, улыбаясь себе в зеркало, то думала, что Костя просто не сможет устоять перед соблазном снять его просто с её обнажённого тела. Мыслями она была в его квартирке, но бежать нужно было на работу. На работу... Поближе к нему. Поближе к полночи...
Как же ей хотелось появиться в издательстве, подойти к Илье, молча улыбнуться, дав прочувствовать всю силу её нынешней энергии, силу, что заключает сумасшедшую страсть, и также молча выйти. Чтобы он побывал, наконец, в её шкуре. Чтобы изнывал от желания и любопытства.
Но пока туда было опасно ездить. Возможно, на следующей неделе позовёт.
Она так хотела, чтобы он скучал, чтобы вызвал, нетерпеливо требуя срочно явиться… Чтобы увидеть её безразличие. Нет. Чтобы почувствовать её женственность и огонь. И остаться не у дел…
Всё их общение в телеграмме Соня сводила к коротким формальностям, и ей казалось, что шеф нервничает. Если это из-за неё, значит она добилась цели - от этих мыслей у неё поднималось настроение ещё выше, а страсть искрила в объятиях горячего любовника.
Костя теперь курил часто. Особенно с четырёх до пяти. А потом они звали друг друга в телеграмме и курили вместе. Вдвоём. Иногда в компании, но чаще просто вдвоём.
Однако, в этот раз он её не встречал. И в мастерской его не было. Позже ей поведали, что сегодня главного механика не будет, и по всем вопросам обращаться сказали к Вите. Молодой механик уже давно заглядывался на неё, но его интерес настораживал, заставляя женщину нервничать каждый раз, когда приходилось с ним пересекаться. Голый торс под комбинезоном вызывающе играл мышцами, длинные зализанные волосы всегда были забраны в тугой хвост, а дерзкая наглая улыбка раздражала. Глаза неопределённого цвета, вобравшего в себя и серый, и зелёный, и немного янтаря, всегда блуждали у неё в декольте, изредка покидая пост, для формальности перебегая к её лицу. Крайне неприятный тип.
После выходного работать всегда тяжелее. Время пролетело незаметно и Санина, немного задержавшись по просьбе коллеги, поспешила домой. Костя ни разу не написал, не объявился. Несмотря на загруженность, она не могла выкинуть мысли о нём. Поначалу обижалась и злилась, но чем дальше, тем чаще в голову лезли тревожные образы. В конце концов, решила вообще выкинуть из головы, благоразумно решив, что о таком специалисте, как Кривонос, есть кому беспокоиться.
Слушая стук собственных каблуков и вспоминая причитания обычно молчаливой сотрудницы, Соня улыбалась. Мария Павловна была очень взволнована. Было так непривычно видеть её суету и слышать многословный монолог. Во дворе, как обычно, царил полумрак. Санина осторожно ступала, стараясь миновать асфальтные язвы, и представляла встречу сына с матерью.
Густая длинная тень закрыла свет дальнего фонаря, и Соня вздрогнула.
- Добрый вечер, София Михайловна.
Лица не было видно, но голос она узнала. Остановившись, кинула быстрый взгляд на джип, который даже не заметила, и холодно поздоровалась:
- Добрый, Артур Николаевич. Что-то вы сильно сегодня задержались.
- Так я же вас ждал. Позвольте подвезти. - Иващенко сделал шаг вперёд и поспешно добавил, предупреждая её отказ: - Хотя бы немного.
Небрежный тон подкупал умело вплетённой вежливостью, и Санина быстро оценила ситуацию. Этот человек не из тех, что предлагают дважды, однако снова пришёл. Значит ему что-то от неё было нужно. Как и ей от него.
Кроме того, Костя пропал, хотя они сегодня собирались провести ночь вместе. Она ведь даже сына отвезла к родственникам. Быть может, он воспринял слишком серьёзно её вызов? Но ведь должен же был он понять, что это всего лишь шутка - разве может простой механик, даже если и главный, присвоить машину компании? Или он таким образом изъявлял свой протест? Хотел показать, что не будет делать всё, о чём она просит? Ну, тогда стоило раньше об этом подумать - когда, например, бегал за установленное ею время в Макдональдс. Это было во вторник. Соня ждала сына со школы, когда позвонил Костик. Настроение было прекрасным, и она шутливо сказала, что, если ему хочется увидеть её улыбку, то придётся доставить за двадцать минут три чизбургера. Он не спорил. Он просто сказал: “Жди”.
Когда они, хохоча, уплетали сочную говядину в тесте и наслаждались неповторимым вкусом мяса с сыром, горчицей и кетчупом, он рассказал, как удалось справиться так быстро. Чтобы его пропустили к кассе, он прокричал на весь зал, что его судьба зависит от того, принесёт ли он прямо сейчас своей любимой горячую закуску. И надо же, он успел!