Глава 22. Любопытство
День выдался пасмурным и холодным. Всю неделю шли дожди, и это был первый день без осадков. Лёгкий ветерок играл с упругими чёрными локонами. Соня сидела на скамье в парке Писаржевского, бессмысленно постукивая носками туфель друг о дружку. Долгожданный выходной начался с хлопот. Сначала пришлось ехать с Тимуром в поликлинику за справкой, а после, когда она только переоделась и собралась выпить кофе, написал Илья. Его неожиданное предложение встретиться заставило оживиться, бегая по квартире и думая совсем не о том. Вместо того, чтобы подготовить отчёт, она представляла, как отдаст шефу отчёт и деньги за духи. Получалось не очень. Плюс никак не решался вопрос, пойти ли ей в свитере или надеть платье, а сверху плащ.
Поглядывая на часы, Санина временами смотрела по сторонам, рассеянно скользила взглядом по молодой зелени, по кронам деревьев, по ребятам на спортивных площадках. Несмотря на прохладу, людей в парке было много. Малыши оккупировали маленькую деревянную горку с лабиринтами и другими встроенными радостями для детской фантазии; недалеко от скамейки, на которой пригрелась писательница, стояли на лужайке две мамы, а чуть поодаль, ближе к тротуару, девочка и два мальчика кормили голубей. На вид детям было года по три-четыре, но Соне показалось, что между мальчиками уже в таком невинном возрасте идёт борьба за кудрявую принцессу с большими голубыми глазами.
Санина улыбнулась своим мыслям. Порывистый ветер заставил зябко передёрнуть плечами, втягивая через стиснутые зубы прохладный воздух, и спрятать ноги под скамейку, а руки - по карманам плаща. Зря не надела свитер и брюки - удобно и тепло. Женщина поёжилась, снова глянув на часы. Илья опаздывал.
Время улетало, не давая возможности переосмыслить ни действия Кривоноса, ни свои собственные. После активных выходных, наполненных свежими эмоциями, невероятными впечатлениями и какой-то необычной, чужеродной, энергией, возвращение в рабочую рутину сказалось болезненными спазмами лености и мозговой атрофированности. Даже Тимур с большим трудом поднялся в понедельник, и ей пришлось пригрозить сыну ушатом холодной воды. Зная мать, мальчик вскочил и убежал в ванную, чтобы поскорее взбодриться утренними процедурами, но за завтраком Соня заметила не свойственную для него вялость и отправила мерить температуру. Как и предполагалось, ребёнок заболел.
В тот момент она искренне была рада своему заданию - весь день она просидела рядом с сыном, и в операторскую забежала за пару минут до начала своей смены. Все мысли кружили вокруг Тимура, а остальное отошло на второй план, и про Костика она вспомнила лишь часам к десяти вечера. Вспомнила, потому что вышла, наконец, покурить. Заглянув к бородачу, спросила, есть ли Кривонос.
- Є, звичайно, - буркнул Иванович, почти не отрываясь от экрана телевизора. - Він сам залишився. Хошь, заходь.
- Нет, спасибо, Петр Иванович.
То, что Костя был на работе и ни разу ей не написал, заставило сердце сжаться, но совсем ненадолго. Очень быстро София приняла решение и про механика уже больше не думала. Просто потому что было не до него.
На следующий день Тимур ожил. Температура не поднималась, но отсутствие аппетита не радовало. Появился кашель. Пришлось вызвать врача. Лёгкие были чистыми, и опасения оказались напрасными - обычная простуда. Больше питья, капать нос и чаще полоскать горло.
Третий день болезни мальчишка от скуки уже взялся за свои эксперименты, перевернул квартиру вверх дном и уснул прямо на диване в гостиной, с пустой консервной банкой в руке. Крышка была срезана, очищенные от наклеек металлические стенки обмотаны какими-то нитями, а на полу валялась куча мелких запчастей от его старых коллекционных машин. Когда-то давно Тимур списал их за ненадобностью: у одних не хватало колёс, у других лопнуло пластиковое стекло, у третьих - затерялись болтики, и дно теперь болталось где-то в той же большой коробке для "ранетых автомобилей", как он их называл.
Илья Владиславович не любил сложностей, поэтому неудивительно, что вместо того, чтобы пройти несколько метров в поисках подчинённой, он просто позвонил ей. Соня улыбнулась уголками губ, глядя на иконку с серьёзным лицом шефа, - как это типично для него.
- Да, Илья Владиславович.
- Привет.
- Добрый день.
- Ты где?
- Жду вас на лавочке, в парке, - с намёком на флирт сообщила Санина. Она уже знала, что он не пойдёт к ней, но не смогла не поддеть.
- В парке… - На несколько секунд он пропал. - Я сразу за остановкой. Жду тебя в машине. На улице прохладно.
- Свежий воздух полезен, - цокая каблучками по асфальту, весело возразила Соня.
- Возможно.
- Видите, вы не можете отрицать очевидного.
- Не могу. - В его голосе появился привычный задор. - Но я не хочу, чтобы ценные кадры сидели на больничном.
- Забота льёт с ушата, - с лёгкой насмешкой сказала писательница.