— Знаю, ты не любитель оправдываться. Поэтому спрошу, как это произошло? — потребовал Аск. — Присядь. Успокойся. Ты же видишь — я не злюсь.
Он и правда перестал злиться. Рядом с братом все еще чувствовалось легкое чувство досады, но куда больше переживаний. Это меня несколько огорошило.
Поэтому со смешанными чувствами я уселась рядом с Аском и рассказала, как все было.
— Мы все еще переписываемся, — тихо добавила я, чтобы нарушить тишину. — Он переживает о моем состоянии.
Брат потер переносицу:
— Ты знала уже тогда? О своем состоянии. Ты знала?
Похоже, это поразило его больше всего.
— Нет. Случайно совпало. Не хотела говорить о Хрониках, и подобрала аналогию с болезнью. Кто знал, что все так выйдет?
Аск вперился в меня нечитаемым взглядом.
— Знаешь, ты права. Узнай я сразу, не уверен, что обошлось бы без последствий.
— Ты бы его как минимум избил. Если бы вас успели разнять, — прошептала я.
— Не успели бы. Поверь, — прикрыл он глаза и откинулся на кровать.
Я прилегла рядом, источая вину. Хотелось по сто раз повторять слова извинений, но от этого ему станет только неприятнее.
— Тебе хоть понравилось? — Аск прищурил взгляд, повернувшись ко мне. — Первый раз далеко не всегда бывает удачным.
— Я была под алкоголем, наркотой и представляла тебя, — прошептала я на одном дыхании. — Все было почти идеально. Если бы я еще и успела. Но и так все отлично. Кроме руки, конечно. Тут сама виновата.
Мои щеки запылали, несмотря на то, что с этим человеком мы были достаточно близки для разговоров и на более интимные темы.
Аск хотел было что-то сказать, но я его перебила:
— Когда мы занимаемся любовью во сне — это приятно. Нет, не так. Это потрясающе. Но в реальности все же ощущения отличаются и мне этого не хватает, — я уткнулась лицом в его бок, обнимая одной рукой. — Твоего запаха, вкуса кожи, физического дискомфорта, боли.
— Ты серьезно? Тебе такое нравится? — у Аска был ошарашенный тон.
— Не в том плане. Имею в виду, что ощущения тела полнее. И мне нравится это чувствовать, в реальности. Это не менее приятно, несмотря на некоторый дискомфорт. А гормоны на самом деле приглушают болезненные ощущения.
Кажется, я его самого смутила этими словами.
— Мы могли бы?
— Думаю, нам не дадут этого сделать, — ровным тоном заметил он.
— Но позже, когда мы переедем?
— Ты не поняла. В первую очередь, я боюсь тебя травмировать. Думаешь мне меньше тебя хочется?
— Прости за то, что постоянно провоцирую тебя. С моей стороны это эгоистично и глупо, — вздохнула я через минуту ужасного мысленного раскаяния и самобичевания.
Аск подтянул меня на подушку и уткнулся носом куда-то за ухом, тесно прижимая к себе. Меня бросило в жар не от этого движения, а от его эмоционального фона.
— Люблю тебя, маленькая моя, — прошептал он. И покаялся: — Чувствую себя полным извращенцем. Хотя было бы очень неплохо, будь ты старше на несколько лет. Особенно выносят мозг твои рассказы о прошлых жизнях, воспоминаниях и опыте, что ты имеешь. Но при этом по-прежнему выглядишь, как мелкая девчонка.
Я выползла из-под Аска, села на кровати прямо и в упор на него посмотрела, искренне обещая:
— Буду много кушать и вырасту, как можно быстрее.
На что парень удивленно моргнул, а потом сгреб меня в объятия и расхохотался.
— Ты меня поражаешь! — фыркнул он сквозь смех.
Глава 212. Ссора за пять копеек.
Технически был еще один способ решить вопрос с Якорем — отправиться в другой мир. Или миры.
Насколько я поняла, в подавляющем большинстве случаев время между измерениями текло нелинейно. Этот факт уже был мною подтвержден, когда я долгое время путешествовала по другим мирам. Или когда застряла в низшем измерении, убегая от крылатого засранца, что меня так напугал. Всякий раз, когда я возвращалась, в родном мире времени проходило куда меньше.
Для меня время продолжало течь лишь потому, что существовала прочная связь духовного тела с физическим. Отправься я в Пограничье вся целиком, с потрошками, эта слабая линейность исказилась бы гораздо сильнее. Как если бы шарик наполненный гелием отпустили в небо вместе с резинкой, за которую он был привязан.
В Пограничье я пока не прыгала по одной простой причине — страх. Последняя вылазка обошлась мне дорого.
Пусть я знала причины летаргии и фактически сама загнала себя в угол. Но боялась, что снова не смогу узнать родной мир, что не смогу вернуться в свое время. Или вернусь, когда все мои близкие и даже Аск уже состарятся и умрут. Что если это произойдет?