Под конец ее рассказа мне даже поплохело.
Любопытство уже загнало меня в сеть с вопросом «как происходит прерывание беременности». Оказалось, что в гинекологии — это практически хирургическая операция. Во время которой специальными инструментами расширяют шейку матки, а потом выскабливают матку изнутри. Ужас какой!
Противозачаточные я выпила, как только мне позволили выходить из палаты. То есть, со значительным опозданием. В Хрониках, как на зло, не нашлось никаких подходящих чар, а исцеление здесь было бесполезно.
Как раз завтра утром должны были приехать тесты. Заказала на всякий случай разных, чтобы знать наверняка. Надеюсь, курьер не опоздает.
Кажется, я повторяла «путь глупости» Риллы.
Марина косо на меня поглядывала и все более заметно нервничала. Похоже, она и сама догадалась о том, что ей приснился не самый обычный сон. Наверняка уже испытала лечащие чары не только на Рилле.
По сравнению с предыдущей слабой техникой, эта была полноценным исцелением. Но до той, что использовала я для лечения рака ей было далеко. Это как сравнивать комплекс операций и эффективное лекарство. Так что Марина теперь стала почти целителем.
— Ох, Цветочек, ты так расстроилась из-за меня, — заметила мое состояние Рилла.
Не говорить же ей, что я в похожем положении?
Оставалось лишь молча ее обнять. Крепко-крепко.
— Успокойся. Я уже иду на поправку. Сама же видишь. Даже постройнела. Давай ты что-то себе закажешь? Не будешь же сидеть и смотреть на нас? — свела брови болтушка. — А-то вон какая дрыщавая стала. Расскажешь, что у тебя стряслось?
На что я кивнула, заказывая курицу с пропаренными овощами. Технически мой организм уже мог принимать любую пищу, но после пережитого на всякий случай стоило подстраховаться
— Мда. Ты как всегда скупаешь все десерты, — с иронией прокомментировала Рилла мой выбор. — Все настолько плохо?
— Кстати, ты Теме писала? — поинтересовалась я.
— Написала. Но толку? Он меня игнорирует с Ущербного вечера. И что я ему предъявлю? Не собираюсь же я подавать официальное заявление?
Договоренность с Летеем затрагивала именно такой случай. Тем более, что моя подруга действительно пострадала, пусть и не хотела разглашения.
Конечно, еще одно заявление добавит наказание. Но была ненулевая вероятность, что информация снова просочится в прессу. А последствия я уже видела.
Рилла тоже умела прогнозировать результаты общественной огласки. Причем, не хуже меня. Именно поэтому мы все молчали.
Несмотря на это, меня подгрызала совесть. Очень больно подгрызала.
— Вообще-то Тему и нескольких его приятелей уже отправили в трудовые колонии, — подняла я взгляд.
— Что? — открыла рот девушка.
Другие тоже замерли.
— Не хотела тебе говорить, потому что у вас, вроде как, были хорошие отношения. А еще произошел этот случай с… Там девушка, ну… — запнулась я. И продолжила еще тише: — Была огласка, из-за чего одна из девочек покончила с жизнью.
— Ешки-макарошки! — вздохнула Анж.
— Статьи уже удалили. О вердикте суда там ничего не было. Потом от знакомого узнала, — добавила я. — Извини. Нужно было сразу прислать тебе ссылку.
— Там все так плохо было?
— Ага. Настоящий котлован кала.
— А куда его отправили? — уточнила Рилла.
— Не знаю. Точнее, мой знакомый не знает. Я потом спрашивала. Но он не хотел связываться с Темой, чтобы не попасть под следствие.
— Это тот парень, который тебе руку сломал?
— Угу. Он нормальный. И он не знал обо всей этой затее с вечеринками. Потом еле отговорила его не сообщать в органы. Иначе, было бы еще хуже. Понимаете?
— Что-то я не поняла, — нахмурилась Марина. — Что там из-за огласки случилось? То есть девушка сделала это, потому что узнала?