Саньке Чертову исполнился годик. Мальчик начал ходить, Ванька категорически не пускал Натаху на работу:
- Будешь с Санькой до трех лет дома, мамулька за ним не уследит, а в ясли такого мелкого отдавать, чтоб болел - ни фига!!
Старшие Чертовы заканчивали школу. Димуля определился с выбором - решил попытаться в авиационный, а Дарья Ивановна категорически сказала:
-В институт - Димка, я вон, возле дома в техникум пойду. Хватит мне двух с половиной лет, самый лучший диплом - удачно выйти замуж.
-Но, высшее образование, оно... - заикнулся Ванька.
-Да? А чёт ты мамку нашу углядел совсем малолеткой - после школы сразу. -Ну, мамка. Мамка ваша, она такая одна.
-И я такая одна - для Стоядиновича.
-Где ты и где он, далековато, вот приглянется ему другая, и чё тогда?
-Он не ты! Это ты до мамки охмурял всех, - припечатала дочка.- А Стоядинович никуда не денется от меня, я его давным-давно выбрала. А надо будет высшее ваше - заочно отучусь.
-Не, ну ты борзая, дочь, откуда можешь знать, какой я был, я всегда хороший...
-Ну да, ну да... на два дня вон в Гусь приезжал с дядь Авером и то там даму сердца завел.
-Откуда ты..?
-Да оттуда! Мы там, в Гусе на речке зависали, а тетки про тебя речь вели, громко разговаривали, мы и услышали.
-Я всегда знал, что смесь меня и конопушки будет гремучей, хорошо, хоть Диман посерьезнее некоторых.
А вечером горился Аверу:
-Уела меня Дашка, по-полной, вот детки выросли, а?
-Как теща говорит, Вань, 'кто садился - тот и родился'. У нас все детки тоже разные, Минька - надёжа, Настя - порох, взрывается в минуту, а младшенький - это бальзам на сердце, он на треть я, а две трети - Цветковы, даже не Алюня, а Серый. И что-то дедово в нем явно есть, вроде ласковый котенок, а если сказал "не буду" - бесполезно уговаривать.
-Во, и я себя надеждой тешу, что Сашка будет мне усладой на старости лет. Мы, смотри, все трое себе после сорока по мелкому родили, ты пораньше, но у всех и почти взрослые дети, и по малышу имеется, Витек, правда, дочку не смог.
Тонков ближе к весне начал прибаливать - дали знать о себе застуженные ещё в Афгане почки, прикупил таблетки, но лучше как-то не становилось. Всё тянул, не хотелось идти в больницу - всю эту тягомотину вновь проходить: анализы, обследования... всякую прочую бурду. И умудрился на корпоративе в преддверии женского дня добавить себе проблем, постояв покурив у входной двери - пару раз обдало сквозняком. Через неделю загремел с острой почечной недостаточностью в больницу с высокой температурой и прочими "радостями".
Вечером Соня очень удивилась - папка с ней не засиделся:
-Я пойду, прилягу, дочка, что-то меня знобит!
-Да, пап, я тут немного поиграю и тоже пойду спать.
Часа через два в комнату заглянула Алина:
-Соня, время, иди, говори отцу спокойной ночи и спать!!
Через несколько минут послышался торопливый топот дочки, с глазами полными слез, она ворвалась в комнату матери.
-Мам, там папка, он... что-то бормочет, весь горячий такой. Мамочка, он... я так боюсь, - дочка заплакала.
-Сонь, успокойся, сейчас посмотрим, что и как, вызовем неотложку. Что ты, не плачь!!
Алина впервые зашла в спальню Тонкова: весь красный и в поту он метался на кровати, а услышав бессвязные слова, мгновенно подобралась:
-Сонь, пошли звонить, вызывать 'Скорую'.
Затем, шустро переодевшись, развела в миске уксус с водой и начала потихоньку обтирать его красное, пышущее жаром лицо, с огромным удивлением поняв, что беспокоится за этого мужика. Он бормотал бессвязные слова:
-Сонь, Сонечка, доченька... Я... Миша, я не знал, я не хотел... нет, не брошу, Сонь... Алина, не уходи! - четко произнес он.
Потом опять начал бормотать:
-Вань, ну поверь хоть ты... Миша, какой ты... Соня, Соня, не надо, не лезь! - он порывался куда-то бежать, спасать дочку и как-то горестно звал её,Алину. - Пожалуйста, Алина... нет-нет... я... какая ты красивая!!
Наконец-то приехала скорая, мгновенно сделав, укол его уложили на носилки:
-Состояние тяжелое, что же вы так дотянули? Вы едете, жена, с нами?
-Мамочка, поезжай с папкой. Я закроюсь на все замки, а ты побудь возле папки, я не хочу, чтобы он как Наум Ильич... - дочка опять сморщилась.
-Так, дайте мне пять минут на сборы, - попросила Алина, шустро одевшись, выскочила на площадку и позвонила в соседскую дверь, зная, что там постоянно живет пожилая дама.
-Анна Игнатьевна, извините за столь поздний звонок, мой... - она помялась, - муж, в тяжелом состоянии, его в больницу, я с ним, а дочка... она одна, - торопливо заговорила Алина.
Мгновенно все поняв и увидев санитаров с бредящим Тонковым, дама тут же ответила: