-Аля, давай раздеваться! - Авер, видя, что его милая тянется как кошка и не открывает глаз, начал потихоньку раздевать её, замер, потрогал руками грудь, погладил, потом, разулыбавшись, хитренько так шепнул на ушко: - Алюнь, а чего это у нас грудь больше стала, а? Это то, о чем я мечтал?
-Авеер, - сонно протянула Алька, - ну, так неинтересно, даже сюрприза не получилось.
-Ещё какой сюрприз и подарок для меня! Мне же год врачи давали на восстановление репродуктивной функции, а ты вон как меня лихо восстановила, как же я тебя люблю, не зря столько времени болел тобой...
-Саш, я теперь такая сонная муха, неинтересно поди будет, то всю ночь, а сейчас...
-Дурочка малолетняя, мне одного твоего сопения катастрофически не хватало, а то что плюсом пойдет... ммм, маленькая моя, я так счастлив, девочку родим?
-Да кто ж знает?
-Я согласен и на мальчишку, но девочку так хочется, а в принципе, все равно, лишь бы у вас с маленьким все хорошо было.
-Будет, будет, - Алька обняла своего такого нужного Авера, уткнулась носом в его шрамы. - Вот, хотела поспать, но разве удержишься, когда под руками такое богатство...
Уснула его невозможная жена мгновенно, закинув на него руки и ноги, а Авер долго лежал, вслушиваясь в её дыхание, не до конца веря, что вот она рядом, посапывает. А он, оглушенный всем сразу: радостью от приезда и осознания, что он рядом с ними, и можно в любую минуту потрогать жену, подержать на коленях сына, послушать забавную речь деда, и невозможной, уносящей в заоблачную даль близостью, от которой плавится каждая клеточка тела, и самое важное - зародившейся от их такого всепоглощающего единения и растворения друг в друге, новой жизнью.
Авер тихонечко положил руку на Алькин, ещё плоский животик.
-Маленький, папка твой безумно счастлив, что ты уже есть! - чуть слышно шепнул он.
Алька, промычав что-то, перевернулась на другой бок. Саша встал, прошел в комнату к сыночку, прикрыл его одеялом, постоял, полюбовался, не удержался, легонько поцеловал теперь уже старшего сына, попил водички, подлез к своей родименькой и наконец-то уснул.
Его крепкий, безмятежный сон не стали тревожить. Проснувшаяся Алька долго рассматривала своего серьёзного на людях и такого нежного наедине Авера, любовалась им, потом нехотя встала и пошла к сыночку. Тот уже встал и, пыхтя, натягивал штанишки.
-Минь, папа наш устал сильно, сейчас крепко и сладко спит, давай его не будем будить?
-Мамочка, я буду тихо-тихо играть в игрушки, давай я в садик не пойду и подожду, когда он проснется?
-Сына, сегодня суббота, я на немножко сбегаю на работу, а ты кашку поешь и играй, папа проснется и я как раз подбегу.
-Хорошо! - Мужичок умылся, поел овсянку и пошел в свою комнату играть в машинки, периодически подходя к открытой двери и посматривая, не проснулся ли папа. Папа же бессовестно проспал до десяти утра, резко, рывком дернулся. А потом вспомнил: "Я же дома!"
Встал, натянул домашние брюки и тут же был атакован сыном, с громким воплем бегущим к нему:
-Папочка, ты проснулся? С добрым утром!
-С очень-очень добрым, сынок! - подхватывая его и подбрасывая вверх, ответил папа.
-А мама придет часиков в одиннадцать, а я тебя не будил, играл в машинки.
-Минь, тебе солдатики мои много поделок передали, сейчас умоюсь и мы их посмотрим.
-Мне? Твои большие ребятки? Папочка, скорей умывайся! - запрыгал ребенок.
Пока папа приводил себя в порядок, пришел дед. Позавтракали, убрались и все втроем дружно стали разбирать солдатские подарки для сына. Дед придирчиво рассматривал усё, хвалил ребятишков, кой чаго узял у Миньки на время разглядеть как следоваеть... вот так и застала их Алька за разглядыванием подарков. Две черных и одна седая голова, склонившись над чем-то, дружно обсуждали и спорили, а мамочка стояла и не могла налюбоваться на открывшуюся картину.
Авер, каким-то шестым чувством угадывающий её присутствие, резко поднял голову, засмотрелся на своего подсолнушка:
-Вот и мама наша пришла, сейчас и для неё подарочки достанем.
Алька, скинув куртку, тут же присоединилась к такому приятному занятию.
-А это тебе Иванченко персонально передал, когда только и успел?
На небольшом куске грубого полотна каким-то замысловатым швом было вышито поднимающееся из воды солнце и идущие, держась за руки, навстречу ему три фигуры - мужчина, женщина и ребенок.
-Ох, какая красота! Саша, у мальчишки необыкновенный талант, как бы его уберечь-то?
-Да мы с ребятами на отходной перетерли этот вопрос, они пообещали походатайствовать, чтобы он при части дослуживал, думаю, пойдут навстречу, нашей выставкой заинтересовались, это как камешек в воду бросить - волна пошла. А умение Иванченко - уникально!