Ввалился Санька Плешков:
-Ребята, я капитана хочу забрать ненадолго, отпустите? А то айда все к нам?
-Не, Санек, мы по-свойски здесь, а Сашку только на полчаса отдаем!
Альку с Авером встретили восторженным гулом:
-Вот, командир мой и побратим, вместе служили, - представил друга Санька.
-Хороший у тебя командир, наслышаны уже, - подала голос прабабка Катя, сухонькая шустрая старушка, разменявшая десятый десяток годиков.
-Садитеся рядышком со мною, ребяты. Ну, командир, тост с тебя!
Саша встал:
- Дорогие родители, родственники и друзья Сани Плешкова! Я хочу сказать немного. Спасибо вам за такого сына и внука! Если бы не он, меня бы не было в живых, мы с ним побратимы, так что принимайте в свои ряды ещё одного Саньку.
- А и примем! - звонко шумнула баба Катя. - Мишук твой тогда будет праправнуком, во, дожила, как, Сань, скажешь-то?
-Прародительница ты, баба Катя!
У Альки закрывались глаза, и извинившись перед Плешковыми, Саша потащил её домой:
- Ты поспи немного, а мы пока потусуемся с сыном, чтобы тебя не разбудить.
Алька просто рухнула на кровать, мгновенно отрубилась и уже не слышала шепота Авера: -Спи, подсолнушек мой!
Проснулась Алька через час, чувствуя себя отдохнувшей, а выйдя на улицу, застала такую картину: дед суетился возле топящейся бани, выбирая лучшие по его мнению веники из можавелы - возле поселка имелась небольшая полянка полностью заросшая можжевельником (дед, за год сильно полюбивший баньку с вениками по совету унука Сяргея, попробовал париться не только березовыми, но и можавелой, и заготавливал понямногу таких веников для сябе), вот и сейчас разминал, готовил для парилки.
-От яго, Сашк, дух здоровый идеть, а ежли с бярёзой уместе... из бани ня выйдешь..!
-А сынок сидел на крыльце сосредоточенно шевеля губами и перебирая пальчиками:
-Папа, иди сюда!
-Что, Минь? - спросил тут же подошедший Авер.
-Я щитаю-щитаю, у меня ручек не хватает, то ись пальчиков.
-А что ты считаешь, сын?
Сын подняв серьёзные глаза сказал:
-Вот смотри, люблю я папу, маму, деда, Серегу, бабу Риту, - перечисляя, загибал малыш пальчики, -Атоновну, Михайлика, Дрюню, Петю, Гешу, Драгана, Валю, Егорыча, бабу Лизу, Васю, его ребяток, а пальчиков не хватет.
-Не печалься, сын, вот ещё и мои пальцы тебе!
И начали папа с сыном загибать пальчики, ребенок обрадовался:
-Теперь хватает! Мама, ты проснулась? А мы с папой и Витей в баню пойдем, по-муцки. Витя сказал - я уже взрослый, хватит с бабами ходить.
-Ну раз так, то конечно, пойду белье соберу мужикам.
Дед всегда ходил первым, у самый пар, парился долго, у этот раз вышел пораньшее, надо же пар мужикам оставить. Быстро выскочил распаренный розовый Мишук:
-Жарко, я уже чистенький, мама, понюхай макушку! - была у них с Алькой такая привычка - мама всегда нюхала макушку у помытого мужичка.
А минут через пятнадцать Алька, выглянувшая в окно, увидела, как бледный Авер, пошатываясь, садится на крыльцо бани и бледнеет ещё сильнее. Трясущимися руками она нашла нашатырь и пулей полетела к бледнючему Аверу. Сунув ему под нос ватку с нашатырем, негромко ругалась:
-Авер, придурок, кто же такую нагрузку дает своему организму, ты ж после ранения, болван!
Тот жадно вдыхая нашатырь, неотрывно смотрел в полные слез глаза подсолнушка. -Болван, Аля, я уже шестой год как!
Немного погодя чуть-чуть начал розоветь, а Алька, испугавшаяся до трясучки за него, вдруг расплакалась.
-Что ты, девочка моя, что ты, подсолнушек мой любимый, не плачь!! - притянув её к себе, бормотал Авер, уткнувшись носом в её макушку и крепко прижимая к своему боку.
- Ис... испугалась, - всхлипывала Алька, - эти твои шрамы жуткие, придурок, куда полез париться!
Саша враз закаменел:
-Ну извини, я теперь меченый, вот такой вот страшный!
-Идиот! - тут же разозлилась Алька, - у меня же сердце заходится не от вида их, а от того, что ты перенес!
-Аля... Алечка, так я тебе не совсем противен?
-Дурак!
А дурак взяв в свою ручищу две ее ладошки, тихонечко нацеловывал пальчики и негромко говорил:
-Не отдам никому, вы с Минькой мои, я так боялся, что даже на лице шрам тебя отпугнет, а уж на груди...
-Дубина!
-Аля, давай побыстрее поженимся, а? Я постараюсь быть для тебя и Мишука всегда нужным и надежным. Может, ты меня когда и полюбить сможешь, я подожду! Я в восемьдесят первом ещё должен был приехать к тебе, да бабуля слегла, а на следующий год - Афган, я так много пропустил, не видел, как растет Минька.
-Ох, Авер, у тебя кавалеристы в роду не водятся? Ишь, каким наскоком!
-Не знаю, Аль, спрошу у матери. Но, наш девиз простой: с неба - на землю и сразу в бой, то есть...