У Авера оказалось много талантов: разбирался в электрике, поменял кран-смеситель в ванной, приколотил в прихожке полочки и ещё изумительно готовил. Умел все, даже блинчики:
-Тебе, Аля, только стряпня остается, остальное - мое!
Алька и не возражала, объедаясь и удивляясь, где он этому научился.
Сашка посмеивался:
-Мать постоянно в школе зависала, отец рано умер, мне восемь было. Приду из школы - жрать охота, мамку ждать долго, вот и стал потихоньку учиться, начал с яичницы. Пару раз сжег все, потом приладился, картошку вот варил. У соседской бабульки выпросил старинную поваренную книгу, там с азов все давалось, ну и хотелось умученную после работы мамку порадовать, втянулся, стало интересно что-то свое приготовить, вот, что и имеем.
-Муж у меня кладезь...
-Ещё какой, и дневной, и ночной! - хитро поглядывал на неё Авер.
Ночи у них были фантастические, улетали они вместе, Алька уже и помыслить не могла - как это быть без своего Авера, он стал всем в их с Мишуком жизни.
-Саш, ну почему вот так... сладко нам? - спросила Алька, придя в себя после оглушающей близости. -Я же ничего не помню, где твои руки бывают? -Везде, милая, - чмокнул её в нос Авер, - вот этим-то и отличается просто секс от того, что называется взаиморастворением что ли, а такое возможно, только когда человек тебе очень дорог, я немного не понимал, а теперь уразумел, как дед говорит. Помнится, зацепило меня Асадовское:
Как много тех, с кем можно лечь в постель,
Как мало тех, с кем хочется проснуться...
И утром, расставаясь обернуться,
И помахать рукой, и улыбнуться,
И целый день, волнуясь, ждать вестей.
Как много тех, с кем можно просто жить,
Пить утром кофе, говорить и спорить...
С кем можно ездить отдыхать на море,
И, как положено - и в радости, и в горе
Быть рядом... Но при этом не любить...
Как мало тех, с кем хочется мечтать!
Смотреть, как облака роятся в небе,
Писать слова любви на первом снеге,
И думать лишь об этом человеке...
И счастья большего не знать и не желать.
Как мало тех, с кем можно помолчать,
Кто понимает с полуслова, с полу взгляда,
Кому не жалко год за годом отдавать,
И за кого ты сможешь, как награду,
Любую боль, любую казнь принять...
Вот так и вьётся эта канитель -
Легко встречаются, без боли расстаются...
Все потому, что много тех, с кем можно лечь в постель.
И мало тех, с кем хочется проснуться.
Как много тех, с кем можно лечь в постель...
Как мало тех, с кем хочется проснуться...
И жизнь плетёт нас, словно канитель...
Сдвигая, будто при гадании на блюдце.
Мы мечемся: - работа... быт... дела...
Кто хочет слышать- всё же должен слушать...
А на бегу - заметишь лишь тела...
Остановитесь...чтоб увидеть душу.
Мы выбираем сердцем - по уму...
Порой боимся на улыбку- улыбнуться,
Но душу открываем лишь тому,
С которым и захочется проснуться...
-Мне повезло, я всю оставшуюся жизнь могу и помолчать с тобой, и понять с полуслова. В общем, я счастлив, Алюнь, Саньке Плешкову благодарен безмерно и... - он помолчал, - даже, прости что напоминаю, Тонкову. Если бы у него хватило ума тебя разглядеть, жил бы я с кем-то, когда-то, не открывая душу.
-Ну, раз речь зашла о нем, то давай уже последние, как говорится, точки расставим, - ответила Алька. -Я тогда думала, что это любовь на всю жизнь, все же в розовом цвете казалось, да и целовалась-то до него один раз всего... В его сущности, наверное, заложено, ну как у котов... пометить, повелась вот, хотя совсем не испытала ничего, что сейчас каждую ночь переживаю, вот. Я эту тему поднимать больше не буду, просто надо было сказать, пусть все будет между нами определено до конца.
-Авер, что ты молчишь?
-Распирает меня гордость, во какой я молодец, Подсолнушек мой, были у меня... как бы небольшие романчики, а проще - прости, перепих, ну, не затрагивало это всё душу - физиология, гормоны, а с тобой... Мне кажется, я на секунду раньше определяю, что ты хочешь, как тебя обнять, где поцеловать, погладить, и от этого просто шалею... И... не умею я красиво говорить, чтобы ах и все, но точно знаю, что даже будучи дряхлым, трясущимся стариком, всегда просыпаться рядом с тобой - счастье.
Он замолчал.
-Авер!
-Ммм?
-Спишь, что ли?
-Алюнь, это тебе утром на работу, не мне.
-Сашка, я так тебя люблю!!
Он замер, потом сгреб её в охапку:
-Боже, дождался!! Не ошибаешься?
-Нет! Сказала же!
И опять до утра слышался шепот, перемежающийся обоюдными стонами.