Андрей не ответил. Инга догадывалась, что в его голове вертится миллион мыслей. Но ни одной из них он не поделится, даже если об этом попросит его младшая сестра – четвертый по значимости человек, после жены, дочери и матери. Раздражение вырвалось на скамейку бордовыми искрами. Почти бордовыми – примесь черноты в них сохранялась.
Хотя скамью нельзя было поджечь аурой, Инга встала. Крутанула в руках подвеску – ключ с крыльями, подаренный Рэй еще во времена любви к Гарри Поттеру. Прошлась до моста над прудом – как будто его голубовато-зеленая аура могла ее остудить.
– Ладно, давай вернемся к Лизе. Но не бойся случайно задеть меня. Я не, – хотелось сказать «не твоя жена», но Инга сдержалась. – Я не начну истерить. Последние несколько сессий с психологом многое для меня прояснили.
– Ясно.
Даже Инга не могла определить, понял ее брат или согласился из вежливости.
Вдоль моста шагала, подергивая хвостом, худенькая кошка. Инга наклонилась ее погладить. К счастью, бездомная обитательница Риги не отпрянула. Алая аура угольками рассыпалась о полупрозрачный барьер над шерстью кошки. Инга почесала ее за подбородком. Кошка довольно заурчала. А Инга смогла выдохнуть.
– Вернемся к Лизе. Пусть поговорит с подругой. Я серьезно. Судя по тому, что я знаю, подруга ее не обидит. Наверняка она тоже хочет поговорить, но боится сделать Лизе больно. В наш прогрессивный век никогда не знаешь, как проявить толерантность, никого не обидев.
Поняв, что скатывается в спорные заявления, которых вечно требует «Социальное сегодня», Инга хмыкнула.
– Если окажется, что подруга не хочет с ней общаться, то это к лучшему. Разве Лизе нужен друг, который не принимает ее особенностей?
– Не нужен.
Вопрос был риторическим, но Инга порадовалась, что Андрей ответил. Значит, он ее слушал, а не погрузился в себя.
– Напомни Лизе, что дружба с человеком, который негативно относится к СВАМО, рано или поздно начнет тяготить ее. Хорошо, что все вскрылось сейчас, а не через пять лет, когда Лиза привязалась бы к подруге как к родной сестре.
Инга постаралась не вздыхать, сжимая в руках крылатый ключ. Андрей не знал, насколько тяжело она переживала трудности в отношениях с Рэй. Не будь у Инги десятка других забот, отвлечься от мыслей о почти бывшей подруге было бы невозможно.
– Я понял. Как думаешь, а Лиза поймет?
«Недавно я задавалась тем же вопросом», – Инга вспомнила свой разговор с Ритой и скривилась от неловкости.
– Я думаю, она поймет, – поняв, что повторила безразличный ответ подруги, Инга поспешно добавила: – А если не поймет, дай мне с ней поговорить. Как опытному аврору с юным.
Инга мысленно чертыхнулась. В семье брата не любили вспоминать о том, что среди их родственников сразу два обладателя СВАМО. Потому что вслед за этим Яна вспоминала, что Андрей не рассказал ей о способностях сестры до брака. К Андрею возвращались подозрения, что жена отказалась бы от свадьбы, узнай она о золовке-авроре. В конце обязательно всплывал эпизод тринадцатилетней давности, когда у Лизы диагностировали СВАМО, и Яна обвиняла Ингу в том, что она пробудила в племяннице некий «ген аврора».
– Да, спасибо, – слова Инги как будто не задели Андрея; впрочем, он никогда не обвинял сестру в передаче СВАМО своей дочери. – Так будет лучше, чем… лучше всего.
«Лучше, чем если с Лизой поговорит ее мать?» – могла бы спросить Инга, но, конечно, не стала. Она любила брата. А брат любил Яну и хотел сберечь их брак. Прошедшая через все трудности развода Инга не собиралась ему мешать.
– И вот еще что. Последнее время я бываю несдержанной, я знаю. Но давай ты будешь мне говорить об этом, а не класть трубку. Хорошо? У меня же не бешенство. Да и оно по телефону не передается.
Андрей не ответил. Он слушал. Он понимал значение слов. Но мог ли он уловить их суть, Инга не понимала. И что хуже всего, она не знала, как об этом спросить. «Нет универсальной формулы, по которой вы сможете донести до собеседника свои чувства, – сказала ей Ангелина на последней консультации. – Каждый случай уникален. Иногда у вас не будет получаться. Это нормально. У меня тоже не всегда получается, как вы могли заметить».
– Андрей, просто попытайся, хорошо? Тогда ты не будешь бояться случайно разозлить меня, а я не буду бояться, что перегну палку с эмоциями. Не хочу, чтобы мы обращались друг с другом как с хрустальным сервизом тети Оксаны.
Андрей усмехнулся. Хрустальный сервиз на двенадцать персон им с Яной подарила на свадьбу двоюродная тетка Андрея и Инги. Василиса Андреевна любила родственницу и при каждом удобном случае проверяла, не испортили ли нерадивые молодожены бесценный хрусталь. К несчастью, Яна полностью разделяла любовь свекрови к подарку. Оттого сервизом не пользовались. Задвинули в дальний угол серванта, чтобы на него не падал солнечный свет. Доставали раз в месяц, чтобы протереть смоченной в прохладной воде тряпочкой.