– Хорошая мысль. Надо записать.
Едва пальцы Инги сомкнулись на кожаном переплете, рядом завибрировал телефон. Соблазн не взять трубку был велик, но сила воли победила. Страх пропустить звонок от недовольного издателя оказал в борьбе посильную – то есть колоссальную – помощь.
– Вэш, ну ты где? Мы уже план вечернего барохода составили.
Рай. Сила воли и страх испортить отношения с издателем дружно чертыхнулись и покрыли смартфон горчичной пленкой разочарования.
– Я иду к Дворцовой площади. Дайте мне еще часок – набросать конспект для главы, и я к вам присоединюсь.
– А-а-а-а, делаешь обязоход? Могла бы и нас дождаться. Или ты боишься, что мы засорим ауру своей неадекватностью?
– Не боюсь. Просто вы с Китти не любите столпотворение на Дворцовой, Тим и Донни поклялись, что ноги их больше не будет ни в Исаакиевском, ни в Спасе на Крови. А Медного всадника только я люблю. Какой смысл тащить вас на маршрут, где всем что-то не нравится?
– Такой смысл, что тебе нравится в нем все. И, кстати, Рэй твой маршрут тоже не напрягает.
Инга промолчала.
– Ладно, понято-принято, – Рай вздохнула. – Тогда мы выползем без тебя.
– Выползайте хоть из Питера.
– Что?
«Надо отучаться думать вслух. Или больше общаться с людьми – тогда привычка исчезнет сама собой».
– В смысле – выползайте, я не обижусь. Только напиши, с какого бара начнете.
– Океюшки. Но знаешь, Вэш…
Инга чуть не попросила называть ее нормальным именем, а не старой кличкой.
– Что?
– В сущности ничего. Не откалывайся от компании надолго, хорошо?
– Постараюсь.
Рай положила трубку внезапно. Она вся определялась этим словом – внезапность. За десять лет знакомства Инга только один раз видела на ней пленку серой ауры.
– Впрочем, мы с ней никогда не были близки как с...
– Что, и на завтра все раскуплено? – проходящая мимо парочка возмущалась так громко, что не заметила бормотания Инги. – Может, на утро пятницы есть билеты?
– Мы же в пятницу в Петергоф собирались!
– Да сколько там по собору ходить? За полчаса обойдем и успеем на метеор.
Инга проводила молодых людей улыбкой: несмотря на пунцовые пятна раздражения, от их одежды тянулся розовый дымок влюбленности. Наверное, первая совместная поездка. Дай Бог, чтобы все прошло хорошо и закончилось красивым замочком на мосту.
На всякий случай она убрала руки с сумки – вдруг вид счастливых влюбленных вызовет очередную волну черноты в ее собственной ауре. Конечно, она не чувствовала себя хуже, и даже не пыталась вспомнить их первую поездку с Антоном. Но она уже давно считает, что не испытывает плохих эмоций, однако серые и черные пятна выдают ее подсознание с головой.
«Выдать подсознание с головой – забавно звучит? Подумать, как развить в каламбур или шутку. Может пригодиться», – записала Инга на полях, пока стояла на светофоре. Правда, зеленый сигнал едва угадывался за густой кислотно-желтой аурой – треугольник на пересечении Адмиралтейского и Невского проездов был очень оживленным местом, здесь все залито нетерпением.
В ожидании следующего светофора Инга вдруг развернулась и побежала обратно – только по другой стороне улицы.
– Зачем… Нет уж, надо отучаться!
«Зачем я бегу? Очевидно, чтобы снять напряжение. Но откуда оно взялось?» – словно современная версия Шерлока, Инга быстро перебрала события последних минут.
«Рай. Ее звонок. Ее напоминание о походе по барам с ребятами». Инга чувствовала, как с пальцев стекает черно-синяя струйка вины. Она ведь не собирается к ним присоединяться, потому и ушла осматривать город, никого не предупредив. Надеялась, что никто не заметит. Что ж, Рэй не заметила. Донни и Тиму нет дела. А вот Рай есть. Рай всегда и до всего есть дело.
И сейчас Инге нужно избавиться от гнетущего чувства вины возле Исаакиевского собора. Неважно, что она всегда оставляла его напоследок, как самую любимую достопримечательность. Ей нужна любимая смотровая площадка здесь и сейчас.
«Правда, билетной кассе на мои нужды плевать», – подумала Инга, вспоминая разговор прошедшей мимо пары. Проверила сайт собора. Так и есть – до завтрашнего вечера билетов на колоннаду не было, даже одиночных. На внутренний осмотр тоже.
«Эх, и почему я не главная героиня романа? Наверняка бы случилось чудо, и охранник с загадочной улыбкой пустил меня внутрь».
Очередное пухлое облако наползло на солнце, и тень сгустилась.
«Да, а по дороге я бы провалилась в параллельный мир, или наоборот – оттуда выскочили наемники, которым по неизвестной до самого конца романа причине приказали убить меня», – Инга усмехнулась и прибавила шаг. Она не испугалась. Собственных фантазий она перестала бояться еще в десять лет. Просто впереди показался золотой купол ее любимой достопримечательности во всем Санкт-Петербурге. А может, и во всей России.