– Это тогда вы купили сумку под книги и потом по очереди таскали ее по Москве?
– Ага.
– Не-а.
Увы, разницу ответов не скрыл ни рев машин, ни гомон голосов. «Где мы, кстати? – задумалась Инга, поворачивая голову. – Ах, разумеется. «Охотный ряд». Шум, гам, мешанина людей и эмоций. Самое место, чтобы разговор забрел не туда». Хотя торговый центр находился преимущественно под землей, от стеклянной полусферы на крыше летел фейерверк ауры. Краски были настолько густыми, что заглушали даже багрянец кремлевских стен.
– Во-первых, мы купили не сумку, а чемодан, – бросила Инга, отворачиваясь от Охотного ряда. – Во-вторых, таскал его Денис.
– Донни? – Дарина повернулась к Регине; та кивнула. – За что вы с ним так?
– Он новенький, вот пусть и отдувается, – хором ответили Инга с Региной. Даже плечами пожали одинаково.
И засмеялись тоже вместе.
– Кстати, учитывая ту историю, иногда оценить допустимые затраты и правда полезно, – добавила Рэй, когда смех превратился в тихое хихиканье.
– Ну да, среди нас уступчивых новичков точно нет, – ответила Инга, и Рэй кивнула, осыпая асфальт серебристо-голубой пудрой.
– Верно. Но я пока не знаю, сколько будет стоить моя работа. И будет ли чего-то стоить вообще. Поэтому Рэй и вмешалась, да?
Рэй закивала энергичнее, а пудра приобрела розоватый оттенок.
– Дай мне поговорить с ребятками в издательствах, и тогда уже обсудим цену. Или решим, в какой кофейне ты меня угостишь фонданом и улуном[7].
– По рукам!
Инга улыбнулась и послала спуску в «Охотный ряд» прощальный взгляд. Несмотря на суетливость, свойственную ауре любого торгового места, здесь в мраморных плитах главной лестницы прятались теплые огоньки. А в фонтанах, щедро рассыпанных вокруг комплекса, прыгали капли воодушевления. Инга чуть не забыла об этом. Как и о том, что они с Рэй когда-то были лучшими подругами.
– Кстати о фонданах, Вэш. Дар меня тут привела в шикарную кофейню. Десерты потрясающие, шоколадные конфеты собственного производства – просто «муа, пэррсик», – Рэй причмокнула губами, изображая стереотипного кавказца. – Если твоя подруга все еще любит шоколад, можешь сводить ее. Адрес пришлю.
– Да! Спасибо!
Подхваченная волной радости, Инга не сразу вспомнила, что Рита не собирается прилетать в Москву. И вообще Рита могла стать ее бывшей подругой.
– Я отойду. Позвонить нужно.
– Куда отойдешь, Вэш? – Рэй обвела глазами тротуар. С одной стороны тянулся ряд зданий – исторических, но расставленных не в хронологическом порядке. С другой по широкой дороге ехали машины. Многочисленные светофоры не позволяли им нестись, отчего водители алели от раздражения. Но Инга не рискнула бы выйти даже на край проезжей части.
– Просто отойду. Скоро вернусь к вам.
Как только пальцы дошли до нужного номера, экран телефона подернулся синей рябью. «Вы с Ритой дружите не первый год. Все обойдется», – лгала себе Инга, пока в динамике звучали тягучие гудки.
– Привет!
Если бы Инга не знала подругу, то решила бы, что та изображает радушие, за которым прячется вина. Подобную эмоцию Инга видела у отца. У брата. У Лизы. У себя самой.
Но что заставило чувствовать вину Риту, обычно сверхуверенную в собственной правоте?
– Я как раз хотела с тобой связаться, но думала… хотела сделать как можно… Короче, я откладывала и откладывала. Хорошо, что ты позвонила.
«Ей неловко. Она извиняется. По голосу чувствую, Рита извиняется!»
Инга крутанулась на месте, чтобы убедиться, что находится в реальности. Широкая улица и окруженная алым дымом пробка не исчезли. Только с противоположной стороны блеснула серебром табличка: «Театр им М.Н.Ермоловой». Но Инга ничего не знала о театре, а украшенное табличкой здание казалось достаточно обшарпанным, чтобы быть реальным.
За попытками проверить мир на прочность Инга чуть не упустила нить разговора.
– …в общем он согласен, так что ты можешь не беспокоиться, – бодро закончила Рита.
– Согласен…Кто?
– Ну не Антон Павлович же! Вдовин! Он должен был тебе написать.
Инга снова осмотрела улицу. Коричнево-серо-зелено-оранжево-красно-синий океан ауры не мог быть выдумкой. Как и ощущение затягивающейся на шее удавки.
– Вдовин мне не написал.
– И не звонил?
Инга несколько секунд качала головой, прежде чем догадалась что-нибудь промычать в телефон.
– Видимо, размышляет, как выставить себя в наиболее выгодном свете. Ну да ладно, скоро свяжется. А мы продолжим работу над черновиками.