«По сравнению со всем остальным – это мелочи», – напомнила она себе, заходя в фуникулер. Лена уже прилипла к стеклу и уставилась на рельсы. Среди вихря нетерпения в ее ауре еще проглядывали синие пятна, голубые капли и алые угольки. Следы огорчений, которые Лена бы не испытала, не переживай она так сильно за Лизу.
– Ух, не хуже аттракциона! – воскликнула подруга, выходя из кабинки.
Лиза пробормотала что-то в знак согласия. Ее глаза были прикованы к Лениной подвеске, окутанной темно-синим облаком.
– А твои родные не ответили насчет подарков?
– Ответили.
– Тогда тебе нужно вернуться на рынок.
– Нужно, – подруга пожала плечами. – Когда завершим маршрут.
«Если бы не прогулка до холма Святого Петра, мы бы его уже завершили».
– Значит, идем в базилику Святой Анастасии. Мы не успели ее осмотреть.
«К тому же, тебе она понравилась».
– Да ну ее, – Лена попыталась отмахнуться. Быстро осознала, что Лиза видит водоворот огорчения в ее ауре и добавила:
– Время и расстояние мы проверили? Проверили. Дополнить описание мы можем? Скорее всего нет. А интерьер на фотках заценить можно.
Лиза открыла фотографии собора, и комок вины внутри превратился в огромный валун. Пожалуй, если бы ее попросили описать базилику Святой Анастасии одним словом, она сказала бы «дивная» или «гармоничная». А если бы позволили добавить деталей, то «праздничная», «наполненная простором и светом», «где краски не режут глаз, но не кажутся блеклыми», «с выложенными мрамором цветами, которые словно сошли с готической иллюстрации».
– Наверное, внутри сказочная атмосфера, – прошептала Лиза. – Заходишь, и душа успокаивается.
– Главное, чтобы не упокоевалась, – Лена усмехнулась, изображая веселье. – Но мне-то какая разница? Я не вижу ауру. Так что возвращаться мне незачем.
Они вышли на каменный мост. Лиза смутно помнила, что его так и называют – Понте Пьетра, «мост-камень», что ему больше лет, чем почти всей остальной Вероне, что он тоже входит в маршрут, но сейчас это ее не волновало.
– Если ты хочешь вернуться в базилику, – Лиза оторвала взгляд от фотографии потолка, будто увитого цветочными лозами, и строго посмотрела на подругу, – то обязательно иди. А до Кастельвеккьо догуляю я.
– Но ты…
Лена затихла. Пусть она не замечала вспышек в ауре Лизы, зато видела ее решительный взгляд.
– …ты не против. Я поняла. Ладно, тогда оставляю Касл… Кастиль… Короче, с тебя прогулка до замка, с меня до базилики. Остаемся на связи.
Она снова помолчала, пристально разглядывая Лизу.
– Ты еще предложи часы сверить, – ответила та, стараясь выглядеть уверенно.
Лена ухмыльнулась.
– Тогда до встречи через… немного времени.
После моста девушки разошлись. Лена скрылась на узкой улочке, а Лиза выбрала дорогу вдоль набережной. Разумеется, перед этим проверила информацию о Понте Пьетра, который они только что миновали. «Восемьдесят девятый до нашей эры!» – она вытаращилась на год постройки. Обернувшись, Лиза коснулась одного из каменных блоков моста – грубых, потрескавшихся и сочащихся вековой историей. «Наверное, это ты поделился со мной мудростью», – Лиза погладила ограждение, оставляя розоватый след.
Шагая вдоль изгиба реки, Лиза действительно ощущала себя мудрой. «И умиротворенной», – прибавила она, кланяясь ангелу на входе в кафедральный собор. Бронзовая статуя протягивала тонкие руки, приглашая каждого под своды из светло-розового камня. Лиза и на ней оставила отпечаток ауры – на этот раз бледно-голубой, как прозрачный топаз.
Несмотря на изящество фресок, монументальность мраморных колон и блеск золотого органа, кафедральный собор не очаровывал, как базилика, в которую отправилась Лена. Но Лиза не расстроилась. «Я помогла подруге. Остальное неважно». Она выдохнула и сосредоточилась на проблесках покоя и уважения в ауре, а не на суете и усталости, которыми были заляпаны полы и стены собора.