– Алек меня просто консультирует. Точка. Никаких личных отношений, тем более любовных, – на этот раз среди складок ткани у Риты полыхнуло раздражение. – Ты не представляешь, сколько раз я сдерживалась…
– Ага!
– …чтобы не задавать вопросов о его отце! – сердито закончила Рита. – Приходится соблюдать нейтралитет, где я пациентка, Алек врач, а Антон Павлович заноза, которая никак не усвоит, что согласиться на совместную работу и понять-простить-забыть – это разные вещи!
В порыве негодования Рита отломила с ближайшего куста ветку и хлестнула ею по траве, забрызгивая ее алым.
– Так что запрет на перелеты – мое спасение. По телефону я с ним могу спокойно говорить, но когда мы рядом, и я вижу эту абсолютную уверенность, что он все про всех знает… Ничего не могу поделать, сразу рука тянется залепить ему пощечину.
Рита отбросила ветку в сторону и плюхнулась на плед, чуть не опрокинув все, что стояло рядом.
– Может, все-таки выпьем? С третьей попытки? – мягко спросила Лиза, подхватывая Ритин бокал и поднимая свой.
Инга усмехнулась.
– Лиза права. Давай, Рит, а то мы никогда не оценим, стоят ли эти пузырики чугунного моста и платиновых перил.
– Между прочим, я первая предложила. Это вы…
– Рита!
– Все-все, – Рита улыбнулась. – За успех нашего путеводителя!
– За успех путеводителя!
Три бокала столкнулись. Воздух наполнился хрустальным звоном, а в стороны полетели лучи радости и надежды.
– Хорошее место ты предложила, Лиза, – Рита оглядела старый фасад с таким блаженным видом, будто это было ее родовое поместье.
– Спасибо, – ответила Лиза, стараясь говорить уверенно, хотя по воротнику побежали огоньки смущения. – Еще когда мы в Тарханы собирались, я увидела точку на карте и решила узнать побольше. Так странно. Вроде всю жизнь жила рядом, а про эту усадьбу ни разу не слышала.
– Неудивительно, – Рита фыркнула. – Зачем рассказывать о памятнике архитектуры, который не хотят ни восстанавливать, ни оберегать? Проще сделать вид, что его не существует. Глядишь, однажды так и окажется. Приедем, а тут полторы стены, и остатки фундамента из кустов торчат. Я такое уже видела.
– Зато людей нет, – вмешалась Инга, пока Рита не переключилась в режим борца за старинную архитектуру.
– Да, совсем никого! – подхватила Лиза, угадав намерения тети. – Можем пробыть здесь, сколько захотим. Никаких ограничений.
– Можно даже внутрь забраться, – прибавила она шепотом, а по серьгам пробежал лучик воодушевления.
– Не лучшая идея.
– Прекрасная идея!
Голоса Инги и Риты слились в единый возглас, где сомнения боролись с энтузиазмом. Подруги переглянулись, бессловесно выражая все, что не хотели высказывать при Лизе. «Держи свою любовь к заброшенной роскоши в узде и не подвергай мою племянницу опасности», – говорило хмурое лицо Инги и ее переливающаяся оттенками беспокойства и раздражения аура. «Мы будем осторожны, ничего плохого не случится. И вообще, нас двое против одного», – парировали лучи уверенности, исходившие от Риты.
Лиза оглядела обеих женщин. И тихо вздохнула, стараясь, чтобы они не заметили скользнувшее по платью разочарование. Чем больше она общалась с Ингой и Маргаритой Романовной, тем ниже становился пьедестал, на который она их ставила. А сейчас ей показалось, что Ингу и Маргариту отделяет от Лизы не больше пяти лет.
– Я не имела в виду, что обязательно это сделаю, – вмешалась она; вновь накатила робость, но Лиза смогла отогнать ее волной лазурного спокойствия. – Просто было бы любопытно узнать, как выглядит дворянский дом изнутри.
– Тогда это и правда не лучшая идея, – ответила Рита, прекращая обмениваться многозначительными взглядами с Ингой. – Вплоть до Великой Отечественной усадьбу использовали как госпиталь. Потом она стала домом отдыха. Потом лечебно-исправительным учреждением. А последние тридцать лет это просто нагромождение кирпичей, и все забыли…
Рита поняла, что увлеклась тирадой о безответственном отношении к архитектурному наследию, и усмехнулась. Инга и Лиза улыбнулись в ответ.
– За то, что даже в пандемию нам есть где собраться! – произнесла Рита, салютуя дворцу. Солнце показалось из-за облака, и даже залепленные цементом бордовые колонны стали похожи на гранитные столбы.
– За сохранение исторических памятников! – присоединилась Инга.
– За то, чтобы в эту усадьбу однажды вернулась жизнь! – добавила Лиза. С ее ладоней сорвались ярко-зеленые огоньки, которые быстро затерялись на огибавшей дом дорожке.