Мысль об Инге придала сил. «Тетя на меня рассчитывает. Если бы не она, мама могла передумать и не пустить меня в последний момент. Тетя бы не поручила мне задания, с которым я не справлюсь. И вообще, я обещала себе быть спокойной. Давай же! Вдох-выдох, вдох-выдох, успокаивайся!».
– Лиза, у тебя астма? Начался приступ? – спросил Максим на спуске с колокольни. Видимо, она слишком громко сопела ему в ухо.
– Нет у нее астмы. Запыхалась, наверное, – ответила Лена и дружески поддержала Лизу под локоть. – Не переживай. Всего одна церквушка, а потом мы ка-а-а-ак оторвемся!
Лиза мечтала оторваться от группы в тишине автобуса, но промолчала. «Не злись, не бойся, сейчас же успокойся», – твердила она, пока их группа плелась к Азамкирхе. Из-за медленного темпа и постоянных стонов они напоминали нашествие зомби. Экскурсовод старательно не замечала, что ее группа умирает изнутри. Зато обратила внимание Ирина Антоновна:
– Так, хватит! – зашипела она на пороге церкви. – Вы понимаете, что сегодня праздник, все музеи и дворцы закрыты?! Лилия Александровна старается, как может! Или вы хотели провести весь день в автобусе и проехать мимо праздника?
Студенты покачали головами. К своему удивлению, Лиза поняла, что качает совершенно искренне. «Неужели мне понравилось?» – спросила она себя, ныряя в портал церкви – сказочной башенки, чудом вставшей в ряд с обычными домами. Словно ребенок перемешал наборы «Лего».
Изнутри церковь, построенная братьями Азам, соответствовала своей игрушечной внешности. Обилие розового мрамора и позолоты, роспись нежными красками на потолке, витые колонны вокруг алтаря, лепнина в форме листьев и херувимов, – миниатюрный зал собрал в себя по частичке от каждого мюнхенского храма. Даже форма зала – узкий прямоугольник – напоминала вид, открывавшейся с колокольни Петерскирхе.
Только аура отличалась. Под стать отделке она была пропитана оттенками розового. Сначала Лиза подумала, что не замечает оттиски эмоций, завороженная розовой церковью. Но потом поняла. Эта атмосфера сказочного праздника – и есть церковь.
«Почему нас не привели сюда сразу?» – думала Лиза, купаясь в свете, который видят лишь авроры. Пока никто не видит, она коснулась хрупкой фигурки святого в нише. С ладони полетели блестки – розовые вперемешку с синими. Лизе по-прежнему было страшно – до возвращения в толпу на Мариенплатц оставались считаные минуты. Но Азамкирхе была слишком щедрым местом, чтобы не поделиться с ней щепоткой нежности.
– Пойдемте скорее, – подталкивала их Лилия Александровна. Лиза хотела упереться, спрятаться, но не вышло. В маленьком зале не укрылся бы даже ребенок.
– Не задерживаемся. В пять часов мы должны быть на площади, – помогала экскурсоводу Ирина Антоновна, замыкавшая группу. Лизе показалось, ей в спину пришелся отдельный, особенно пристальный взгляд.
Когда ледокол их экскурсии ворвался на площадь Мариенплатц, Лиза чувствовала себя убитым мотором, доживающим последние обороты. «Рухнуть бы замертво, и праздновать не придется», – думала она, пока их группа протискивалась сквозь толпу.
– Смотрите на ратушу! Сейчас начнется! – а вот экскурсовод была возмутительно бодрой. Видимо, у нее вечный двигатель установлен.
Лизе едва хватило сил – и самоконтроля – поднять взгляд. Зазвенели колокола, и фигурки на башне пришли в движение. Диск под ними крутился, являя публике то рыцарей, то королевский экипаж, то простых горожан в старинной одежде. «Словно малыш устроил парад кукол», – отметила Лиза без прежнего энтузиазма. Ассоциации с игрушками начали ей надоедать.
– Так, ребята, у вас полтора часа, – объявила Ирина Антоновна, пока фигурки на ратуше завершали шествие. – В половине седьмого собираемся у старой ратуши. Вон то белое здание с башней, запомнили? Далеко не разбредаемся, не напиваемся. Лиза…
Лиза мгновенно ткнулась Лене под бок.
– Да, отлично, одна не гуляй. Всем хорошей прогулки! В шесть тридцать у старой ратуши, запомните!
Лиза посмотрела на толпу. Сжала кулаки, словно собиралась вызвать каждого из отдыхающих на бой. Впрочем, по ощущениям так оно и было. «Я смогу. Силой себя заставлю, но смогу», – девушка шагнула в сторону пивной палатки.
– Лизка, ты куда?
– На фестиваль. Вы же хотели выпить.