– Нет, моей маме вряд ли такое понравится.
«Ей вообще мой отъезд в Европу не понравился».
– Ну, как знаешь. Но мне кажется, это дешевле, чем разоряться в Париже на вино, или духи, или нет, стой, забудь, я увидел ценник. Из чего они этот платок шили, из волос Рапунцель?!
– Кружево плетут, а не шьют, Макс. И Рапунцель из немецкой сказки. Тоже мне, будущий журналист.
– Лена, назови мне в течение минуты хоть одну героиню бельгийской сказки – куплю тебе этот платок. Эй, гуглить нельзя!
– Такого условия не было.
«Если я не буду писать для путеводителя, мама только порадуется», – вздохнула Лиза, отходя от прилавка. Странно, что за эти два дня она представляла огорчение на лице Инги, разочарованную усмешку Маргариты Романовны, но почти не задумывалась, как отреагирует мама, если Лиза откажется от публикации. А ведь ее мать будет счастлива. У Лизы даже сомнений не возникало – слишком часто мама спрашивала, действительно ли Лиза хочет писать о городах глазами аврора:
«Не подумай, что я тебя отговариваю, котенька моя. Но ведь это твоя первая поездка за границу. А писательство – тяжелый труд, я же вижу по тому, как мучится сестра твоего отца. Может, не стоит портить впечатления от Европы, уткнувшись в листы бумаги, вместо того чтобы гулять с подружками? В конце концов, даже если твою работу примут, ты будешь всего лишь соавтором небольшого сборника от не самого крупного издательства. Что тебе это даст?»
«Действительно, что даст мне осуществление мечты всей жизни?». Лиза усмехнулась, но сразу прогнала гримасу с лица. «Мама обо мне заботится, пусть и на свой лад. Она же хочет, как лучше, просто боится. Я и сама теперь боюсь».
Ёкнуло сердце, вмиг опутав тело паутиной темной пленки. Лиза почувствовала, как опускаются руки.
«Да, все верно. Мне страшно даже попробовать. Я не выдержу осуждения, не смогу справиться с насмешками и пустым любопытством тех, кому хочется поглядеть на живого аврора. Я даже открыть правки к моим статьям боюсь, какой из меня писатель?!»
Словно в утешение перед глазами мелькнуло белоснежное кружево, а следом за ним – извилистая линия канала, укутанные миндальной аурой алые домики, серебристые искры на перьях лебедей. Лиза провела ногтями по руке, сбивая дрожь с пальцев.
«И что с того, что я вижу красоту вокруг? Это сказочно-сонный Брюгге – им все восхищаются! Мало подмечать очарование пейзажей, надо иметь смелость рассказать о нем – оригинально и уверенно. А я так не могу. Не смогу».
– Лиза, не отставай. Мы почти дошли до площади.
– Да.
Завибрировал телефон. Лиза бессознательно достала его из кармана, нажала на уведомление. На этот раз экран не покрылся каплями. Максим продолжал держать над ней зонт? Лиза заставила себя не поднимать головы: «Это уже неважно. Даже если Максим обо мне заботится, ему не нужны бестолковые трусихи вроде меня».
От: innilskaya@gmail.com
Тема: Re: Ты как?
Только сейчас догадалась посмотреть ваш маршрут и поняла, что вы в Брюгге. Я все еще не знаю, в каком ты состоянии. Но если ты вдруг ошеломлена и смущена, скажу: все нормально. Да, Брюгге очарователен. Это «гребанная сказка». Кстати, смотрела «Залечь на дно в Брюгге»? Если нет, обязательно посмотри – гораздо веселее бродить по этому милому городку, представляя, как за чьими-то окнами девушка со своим парнем обкрадывает туристов, а по улочкам бродит киллер, не зная, как избавиться от нарушившего правила напарника =)
Но я отвлеклась. Извини. Я к тому, что о Брюгге сложно сказать что-то новое, как и об остальных городах Европы. Одних описаний ауры недостаточно, чтобы сделать историю оригинальной. Это может напугать и смутить, застопорить творческий процесс. Я это знаю. Понимаю. И принимаю. Маргарита, кстати, тоже, хотя никогда не признается.
Если ты перестала слать свои статьи, потому что боишься за их оригинальность, то совершенно зря. Главное – писать о том, что видишь и чувствуешь ты. Тогда будет и живость, которой, как мне показалось, тебе не хватало в первых текстах, и уникальность. Возможно, ее будет немного, но она будет. Потому что ты замечательная, уникальная девушка, Лиза. (Если вдруг сомневаешься – все люди уникальны, значит, и ты уникальна, верно?)
Пиши смело, не стесняйся собственных мыслей и впечатлений. Забудь о критике. Сейчас у тебя есть путешествие, друзья и творчество. А критика придет потом. В тот момент ты будешь писательницей, чью работу опубликовало солидное издательство, и за чьей спиной стоит любящая тетя (и готовая словесно разгромить любого критика подруга тети – хотя подруга никогда в этом не признается).
Прости за поток сентиментальщины, но сегодня у меня такое настроение. Пиши. Отдыхай. Верь в себя. Я тебя очень-очень люблю.