Затем был наполненный вздохами и ворчанием уход из купален и поиск нового места для расслабления. Точнее, попытки расслабления. Еще точнее, попытки ненадолго забыть о нехорошем поступке по отношению к Инге.
«Какое счастье, что об Антоне Павловиче можно не волноваться, – думала Рита, листая список достопримечательностей Будапешта. – А о Керстин можно забыть окончательно… Да, забыть и не вспоминать о ней при каждом неудобном случае».
Поиск места для релаксации оказался не менее удручающим, чем свамофобная племянница Антона Павловича. Из рассказов Инги и Тимура Маргарита многое успела узнать о Будапеште. Если они не соврали, а они не врали – Инга не любила, у Тимура не получалось, – то это был живой, яркий и на удивление дешевый для посещения мегаполис. Но льстивые описания с туристического сайта заставляли подозревать в Будапеште непомерно дорогую и унылую курортную деревушку.
«Базилика Святого Иштвана – святое место и по духу, и по форме. Базилика имеет форму креста, а ее высокий купол, отделанный мрамором и украшенный позолоченными изображениями святых и архангелов, наводит на возвышенные мысли даже регулярных посетителей. Несмотря на роскошное убранство, общий вид храма отличается сдержанностью, характерной для неоренессанса…»
– И совершенно неотличимой от десятков других помпезных соборов. Позолота и пунцовый мрамор в отделке, белизна, золото и охра в ауре. Если повезет, одна одухотворенная роспись под потолком и немного лазурного воодушевления среди эмоций.
«И Гендальф с Асланом в качестве статуи на фасаде. Тебе про них Тимур рассказывал. Но ты же не пойдешь проверять, верно? Вдруг скульптуры и правда похожи. Тогда и в Собор зайти придется, и неправоту признать, и скепсис обуздать», – зазвенел голосок Киры. Маргарита тряхнула головой.
«Остров Маргрит – настоящий оазис между Пештом и Будой. Расположенный посреди Дуная, остров вобрал в себя лучшие развлечения города. Здесь есть и цветущие парки, и аллея скульптур, и театральная сцена, и руины францисканского монастыря четырнадцатого века, и, разумеется, термальный источник…»
– И крикливые дети, и толпы туристов, портящие газоны хуже сорняков, и, конечно же, разочарование, когда надеешься увидеть целую церковь, а находишь полторы стены и три булыжника рядом.
«И удовольствие от возможности растянуться на траве, щурясь на теплое солнышко. И радость, когда находишь среди многочисленных клумб свой любимый цветок. И многообразие столь любимой тобой зеленой ауры. Но, разумеется, вслух об этом ты не скажешь. Зато обязательно уязвишь за это меня, обвинив в потакании внутреннему ребенку», – не унималась Кира.
Когда ее слова вызывали раздражение в последний раз? Маргарита могла вспомнить ответ, но не хотела.
– Сомневаюсь, что там растет твой любимый жасмин, сестренка, – пробормотала она, продолжая продираться сквозь оды Будапешту.
«Центральный рынок, расположенный на Таможенном бульваре, можно по ошибке принять за старый железнодорожный вокзал или цех мануфактуры. На это намекают и высокие потолки, и массивные металлические балки, на которых удерживаются верхние ярусы. В действительности это здание с очаровательным узором кирпичной кладки с самого начало служило в качестве…»
– Неинтересно, – отчеканила Маргарита, прежде чем голову заполнят образы торговых рядов, среди которых витают все оттенки коричневого и красного, а уши разрываются от просьб заглянуть в палатку с красивыми шкатулками.
«Может, этот рынок отличается, – робко предположил голосок в голове. – В конце концов, когда ты побываешь на крытом рынке, который выглядит как вокзал?
– Неинтересно, – повторила Маргарита с нажимом.
«Церковь Матьяша на Будайском холме – это удивительное сочетание белокаменного фасада, выложенных оранжевой мозаикой крыш и внутренних росписей, которые превращают интерьер церкви в хохломскую игрушку…»
– Хотела бы я на это посмотреть!
«Ага!»
– Это был сарказм. Я в сторону этой нелепости даже не повернусь.
«Ну и сиди в своем болоте, язва».
Опешившая Маргарита чуть не выронила телефон.
– На заметку. Поискать симптомы шизофрении. И, возможно, приличного и недорогого психолога, – проговорила она в диктофон, прежде чем вернуться к сайту.
«Семли и Пал-вёльди – самые известные пещерные комплексы в Будапеште. Обязательны к посещению, если вы хотите не только искупаться в подземных водах, но и посмотреть, как они преобразуют камень».