Последняя версия пришла Инге в голову, когда она подняла голову. Взгляд сразу натолкнулся на шпиль церкви святого Олафа. У взгляда не было выбора – если верить путеводителям, вершина шпиля находилась на высоте в сто двадцать четыре метра. Согласно тем же путеводителям, благодаря шпилю церковь могла служить и маяком, и громоотводом. Последнее, правда, строителями не планировалось, и пораженный молнией храм несколько раз горел. Инга свернула на соседнюю улицу, чтобы подойти ближе – вдруг аура церкви еще помнила те мрачные времена?
К сожалению или к счастью, но нет. В ранний час по стенам церкви струилась молочно-серая дымка смирения с редкими крупицами благоговейного золота, да из окон – стрельчатых проемов на высоте пятиэтажного дома – летели лазурные брызги чьего-то спокойствия. Даже в реальности белая штукатурка маскировала готическую сущность собора под протестантскую сдержанность. Инга потянулась кончиками пальцев к серому дымку. Ничего. Чужую ауру можно увидеть, но не потрогать, и уж точно не влить в себя. Инга отдернула руку, боясь, как бы ее черная жижа не запачкала выстоявшую сквозь века церковь.
«Церковь святого Олафа – стойкая оловянная (олофянная) церковь», – записала она в блокноте. Покачала головой.
– Такими темпами у меня все заметки о Таллине будут в виде каламбуров, – подумала она. – Надо быть серьезнее. Или писать более развернуто.
Однако ее старания писать подробно свелись к перечислению цветов ауры и пометке о высоте шпиля. Обойдя церковь по кругу, Инга добавила замечание о гармоничности церкви: «Центральное окно с темным витражом, тянется вверх на два этажа и заканчивается стрельчатой аркой. Как будто служит отражением заостренной крыши, черепица которой потемнела от времени».
– Интересно, а изнутри этот огромный витраж тоже темный? – пробормотала Инга, пытаясь разглядеть в стекле хоть какие-то краски. – Надо заглянуть. Заодно на Таллин с колокольни посмотрю – грозы с молниями сегодня не предвидится. Во сколько церковь открывается?
Интернет сообщил, что до открытия церкви святого Олафа потоку туристов оставалось чуть больше двух часов. Сколько оставалось до появления потока туристов возле ратуши, неизвестно. Но стоило поторопиться.
Инга уже шагнула в сторону, как вдруг палец пролистнул экран вниз, и она заметила надпись на карте. «Три Сестры».
– Разве это не название трех домов в Риге? Что они делают в Таллине?
Стоят, сообщила ей карта, причем недалеко от церкви святого Олафа. Инга посмотрела на время. Потом снова на карту. Развернулась и пошла назад.
– Удивительно, что я мимо них проскочила. Хотя я же торопилась к святому Олафу.
На самом деле, пройти мимо Трех Сестер было сложно. Прижавшиеся друг к другу, словно сиамские близнецы, дома располагались у оживленного перекрестка – его-то Инга и проскочила, когда бежала к церкви. И название их отличалось от рижских домов – те были Тремя Братьями.
Но не похоже, чтобы Три Сестры обиделись на Ингу. Вытянутые ввысь здания встретили ее тремя оттенками желтого – льняным, лимонным и медовым – и радующей взгляд серебристо-сапфировой аурой. Даже позволили ей заметить потеки цвета миндаля и чая в щелях между наличниками.
– Наверное, сохранились с тех времен, когда здесь жили и работали купцы, – решила Инга, заглядывая в интернет-путеводитель. – Впрочем, здесь и сейчас гостиница. А где гостиница, там и постоянная работа на благо туристов.
Сестры так же молча жались друг к дружке, не давая никаких ответов.
«Три постройки, одна другой стройнее, то есть у́же, тянутся вверх треугольниками красных крыш, – написала Инга. – Три стрелки, указывающие на небо. Три дальних родственницы рижским братьям».
Видимо, сегодня у нее был день каламбуров. И сорванных планов – изучение каменных дам отняло еще четверть часа.
– Надо торопиться, – сказала себе Инга, с сожалением оставляя Трех Сестер и их не менее очаровательных, но менее именитых соседей по кварталу. Наверное, она могла бы изучить каждое здание в поисках сохранившейся с давних времен ауры. Но тогда она не сможет провести ритуал. А Инге казалось очень важным начать сегодня же.
– Если отложу на завтра, то и завтра ничего не сделаю, – размышляла она, старательно отводя взгляд от старинных домов с новой отделкой. – Опять найдется достопримечательность, возле которой я простою два часа. А то и вовсе увижу интересную экскурсию и запрыгну в автобус раньше, чем вспомню про ритуал. Нет. Надо дойти до площади сегодня. Сейчас.