– Поговоришь со мной для начала, а уж я решу, стоит ли беспокоить госпожу Хризолит, – твердо сказал серый. – Ну так что, ты будешь говорить, или мне сказать Командующей, что ты просто шел за нами, как трусливая крыса? Скорее всего ведь так оно и было…
– Хорошо, я расскажу тебе, что видел. Но потом я поговорю с Хризолит.
Я рассказал ему все, что вспомнил, и поначалу он не верил ни одному моему слову: он даже не писал ничего для отчета. Но когда я сказал про тварей, которые на меня напали, Пена насторожился и крепче сжал перо.
– Ты видел их? Как они выглядели?
– Там было темно, конечно, я не видел.
– Они говорили что-нибудь?
– Нет. Не думаю, что они умеют.
Заметив, как его обеспокоили эти существа, я рассказал, что заметил одного из них, когда пытался прощупать подземелья через мариний.
– Кто они такие? – спросил я.
– Не мне тебя в это посвящать. Это секретная информация.
– Видимо, недостаточно секретная, – я криво улыбнулся, чувствуя, как слева натягивается незажившая кожа на кромке уха.
Я рассказал про скопление жижи и про то, как случайно набрел на комнату.
– Этого не может быть, – упрямо заявил Пена, услышав про стол со светящимися фигурами. – Ты просто сочиняешь на ходу, чтобы потратить мое время!
Вздохнув и набравшись терпения, я стянул через голову рубашку.
– Этого не может быть… – в который раз повторил величайший скептик в мире.
Он натянул заживающую на моей груди кожу, разглядывая получившиеся схемы.
– Где ты их увидел!? Ты не мог их видеть!
– Там был свет.
Пока Пена спешно перерисовывал карту на бумагу, я рассказал, что смог зажечь свет во всех тоннелях, которые мне нужно было пройти, и благодаря этому выбрался.
Едва дослушав до конца, Пена вылетел из хижины, словно испуганная чайка, но спустя мгновение вернулся обратно.
– Иди за мной!
Он направился прямо к шатру Командующей. Оставив меня дожидаться снаружи, Пена ворвался внутрь.
Меня позвали через несколько минут.
– Сними рубашку, – приказала Хризолит.
Я сделал, что она говорит, и дал себя рассмотреть.
– Сколько продолжалась качка после того, как ты дотронулся до стола? – спросила она, вцепившись мне в плечи.
– Недолго, возможно, несколько минут.
Хризолит резко повернулась к Пене, так что ее короткие седые волосы взметнулись в воздухе. Пару секунд между ними происходил молчаливый диалог.
– Вот и ответ на все наши вопросы, – тихо проговорила она, наконец, отпуская меня.
– Если он говорит правду…
– Он понятия не имеет, что произошло, конечно, он говорит правду!
– Но мы не можем довериться ему! Он против нас. Это просто насмешка судьбы, что спустя столько лет именно он нашел эту комнату!..
– Это не насмешка, Пена, это проступок. Проступок конкретного человека, – едко проговорила Командующая, многозначительно смотря на своего Ищущего. – И не первый.
Пена смиренно умолк, ожидая, что Хризолит скажет дальше.
Она повернулась ко мне.
– Мне нужна подробная карта и маршрут, – сказала она. – Мне нужно побывать в этой комнате лично.
– Я составлю карту и отведу вас туда, как только моими людьми будет проложен надежный и безопасный маршрут.
– Твоими людьми? – Командующая слегка подняла бровь.
– Я хотел бы поговорить с вами наедине.
Движением руки Хризолит велела Пене выйти, и он тут же повиновался.
Сама Командующая прошла за свой стол. Я сел напротив нее.
– Я тебя слушаю, – она сложила руки перед собой.
– Через какое-то время вам удастся вернуть оставшуюся часть острова, и человечество опять разделится на два сорта. Но пройдет время, и Огузок снова восстанет. Это будет происходить снова и снова, потому что мы с каждым поколением становимся сильнее, а вы – слабее. Этот путь в конце концов приведет к расовой войне и гибели большей части населения.
Хризолит нахмурилась.
– Ты хочешь поговорить со мной об истории?
– Я считаю, в конечном итоге у людей Остова и Огузка общая цель и нам незачем соперничать. Я хочу предложить сделку, которая поможет достичь мира и избежать того, о чем я говорю.
– Я не иду на сделки с преступниками, Дельфин, даже с теми, кто умеет красиво говорить, – отрезала Командующая. – Или ты делаешь, что просят, по-хорошему, или по-плохому.
– А что может быть хуже того, что уже произошло? – спросил я. – Ваши пытки или не подействуют на меня, или убьют. Другие люди мне безразличны. Вы уже решили отнять свободу у Огузка и не можете угрожать этим. «Плохой» путь уже закончился тупиком. Все, что вы можете, это идти на уступки.