– Дельфин, стой! – разозленный голос Пены позади заставил меня замедлить шаг.
Когда они нагнали меня, Мидия, дружелюбно улыбаясь, встала рядом.
– Что такое? – спросил я.
Но я даже моргнуть не успел, как стражница заломила мне руку за спину и привязала ее к поясу.
– Прости, приказ Пены, – объяснила она.
– Даже не думай снова сбежать! – сказал командир.
– Похоже, мне уже ничто не поможет, но я все же скажу, что даже не собирался, – улыбнулся я. Ни мои слова, ни моя улыбка не смягчили Пену. Я остался связанным.
Краб обмотал вокруг моего пояса веревку, и они с Мидией пошли сзади, держа меня за два поводка, словно ручное животное.
Пока ожерелье оставалось в пальцах, работе мое положение не мешало, и мы двинулись дальше.
Когда мы дошли до панели, Пена любезно удостоверился у Яшмы, не бродит ли кто-то у прохода.
– Зависит от того, куда ты хочешь идти, – ответила она, прислушавшись. – Справа никого нет. Слева ходят те, кого я слышала раньше. Их очень много, они сбегаются куда-то целыми стаями.
Пена посмотрел на меня.
Положив свободную руку на другую стену, я ясно увидел вторую панель.
– Здесь два прохода, – подтвердил я.
– Нам нужно в правый, и, раз Яшма говорит, что там безопасно, можешь открыть его.
Я с радостью подчинился, потянувшись к большой металлической панели.
Когда я положил руку на мариний, он сам мгновенно утянул меня за собой, в сознании вспыхнула целая сеть пересекающихся жил. Она была настолько большой, что я мгновенно потерял ориентацию, метался по ней, ища путь обратно!
В одном из тонких переплетений я почувствовал живое сознание, густое и непроглядное. Отпрянув от него, как от горячей печи, я инстинктивно вернулся обратно.
Когда я очнулся, Мидия готовилась отвесить мне пощечину, – судя по боли в правой щеке, уже вторую.
Я стоял по щиколотку в воде.
– Идем! – орала стражница, стараясь оторвать меня от жилы.
Опомнившись, я ринулся к проходу, пока вода не залила его. Мидия прыгнула за мной, и я закрыл проход, едва коснувшись пальцами панели.
– Я видел кого-то, – объяснил я, заметив недовольный взгляд Пены. – Не знаю, где именно, но где-то есть неговорящий… возможно, далеко отсюда.
– Очень полезная информация, – проворчал он. – В любом случае, здесь их нет. Идем!
Это кольцо я сразу же узнал: именно через него можно было попасть в комнату. Мы были очень близко.
– Жарко здесь, – сказала Яшма, снимая куртку. Вся ее рубашка была мокрой от пота.
Спустя время и остальные последовали ее примеру. В кольце в самом деле было очень душно.
– В прошлый раз было так же? – спросил Пена.
– Мою кожу жгло от яда, я мог не почувствовать, – ответил я.
Неожиданно сплошная стена камня слева оборвалась, открывая проход в комнату.
Оказавшись внутри, я потянулся к панели мариния, и помещение озарил белый свет.
Несколько мнут мы привыкали к нему, – все, кроме Пены. Обливаясь слезами, он бросился к столу с геометрическими фигурами.
– Потрясающе!.. – воскликнул он, проводя пальцем вдоль линий, но не касаясь их.
– Так включается свет, – сказал я, дотрагиваясь до нескольких точек.
Тоннель, из которого мы пришли, тоже озарился светом. Камень вдруг стал прозрачным, как стекло.
– Невероятно! – Пена осмотрелся вокруг с торжествующей улыбкой на лице. – Механизм древних людей!..
Он внимательно осмотрел комнату, изучил панель мариния. В прозрачной стене она выглядела, как ровный кусок камня.
Пока Пена изучал комнату, Краб и Мидия молча стояли с вытянутыми лицами. Яшма, которая так и не сняла повязку, уселась на пол и прижалась к нему ладонями.
Сквозь тонкую ткань рубашки, прилипшей к ее коже, просвечивались темные полосы, очерчивающие напряженное тело.
От этого наблюдения меня бросило в краску, и я отвернулся.
Сжав челюсти, я дотронулся до панели мариния, стараясь не воздействовать на нее, а посмотреть, куда ведут ответвления.
– Думаешь, тебе стоит это делать? – спросила Мидия, подходя ко мне. – Ты как будто уходишь куда-то. Отдохни, побудь немного с нами, – она улыбнулась.
Я мог бы возразить, но она все еще держала веревку, которой я был связан.
– Может, ты и права, – согласился я.