– Спасибо, Джулия, – синхронно ответили девушки.
Рейна вписала название улицы, где жил Альфард с его семьёй.
– Лондон. Площадь Гриммо, двенадцать, – пробормотала Джулия. – Это кто у нас там обитает? Твой загадочный слизеринец?
Тут же Рейна нахмурилась, давая старосте увидеть, как сильно недовольна.
– Катастрофа, – пропела Джулия вмиг переменившимся голосом, и её пчёлка наконец застыла в волосах. – Отнесу это Роуэну. Удачи, девочки.
Она взмахнула списком и за пару широких шагов выскочила за дверь.
– Вам ещё нужна помощь? – спросила Рейна, опускаясь на пол рядом с подругами.
Её взгляд упал на банку с липкой пастой, которую девушки использовали, чтобы склеивать бумагу, и в голове вспышкой возникла мысль. В это вещество запросто угодит один её знакомый вредитель.
– Выдвигайся к поезду, – сказала Лэйн, оторвавшись от дела. – Мы тебя догоним.
– Если побежим вместе, станет сложнее маневрировать на поворотах, – присоединилась Арабелла, пока безуспешно возилась с распустившейся лентой. – Риск опоздания увеличится.
Но Рейна не слушала. Она окунула кончик пальца в липкую массу, наблюдая, как та тянется густыми нитями, точно мёд. Идеальная ловушка для крылатой занозы!
В окрестностях школы должна кружить дядюшкина докси. Стоило передать послание родным так, и это было надёжнее, чем отправлять сову в неизвестность. Если сову перехватят, это добавит новых проблем, о чём она уже говорила Альфарду.
От Лэйн не укрылось, с каким любопытством Рейна рассматривала испачканный палец.
– Отмывать будешь долго, – предупредила она.
– Моя палочка где-то здесь… – Арабелла наугад пошарила рукой среди обёрточной бумаги, другой придерживая несостоявшийся бант. – Экскуро!
Заклинание очистило кожу, не оставив и следа.
– Спасибо, – сказала Рейна, осматривая результат. – Это ты ловко. Простейший рисунок палочкой, да?
– Грубить – это не лучший способ наладить социальные связи. Но ты и сама знаешь, да? – хмыкнула Арабелла.
– К следующему празднику ты успеешь доработать заклинание упаковки и со всем справишься, – успокоила её Лэйн.
– Да, – протянула волшебница, от усердия цокнув языком, – я буду тренироваться все выходные. Не понимаю, что пошло не так.
– Не отвлекайся, – Лэйн сунула ей под нос коробку и насмешливо посмотрела на Рейну. – Иди уже. Ты ей мешаешь.
– Если ты одолжишь мне пузырёк, – она кивнула на липкую пасту.
– Что ты задумала? – с интересом спросила Арабелла.
– Возьми закрытый на столике! – горячо воскликнула Лэйн и голосом родителя, убеждающего ребёнка, обратилась к своей напарнице. – Наши связи будут налажены шантажом, если ты не перестанешь.
Прежде чем оставить их, Рейна забрала баночку и взяла весь запас сушёных жал веретенниц из комода, где девушки хранили ингредиенты для зелий. В этот раз Арабелла ничего не спросила.
У подножия лестницы, ведущей из погреба, шевельнулась тень массивной колонны. От неё отделился Абраксас Малфой, и безупречная точность его появления выдавала расчёт.
– Рейна, – голос слизеринца был ровным, вежливым, без узнаваемых интонаций. – Хорошо, что я тебя встретил. Можно на пару слов?
Он сделал жест рукой, приглашая остановиться.
Плечи девушки напряглись от такой отстранённой элегантности. Ощущение, что на неё снова устроили охоту, стало почти осязаемым. И хотя с Абраксасом они виделись редко, Рейна всячески избегала общения с теми, кто мог подкинуть ей сложностей.
– Привет, союзник, – почти обречённо выдохнула она, сглаживая свою реакцию улыбкой.
Взгляд метнулся к лестнице, прикидывая расстояние до свободы. Очевидно, что Абраксас тоже хотел поскорее вручить ей рождественский подарок. Вот только времени воплотить задумку почти не оставалось. Рейна уже мечтала, как подкараулит докси и…
– Позволь пожелать тебе счастливого Рождества, – сказал юноша.
В его руках оказалась маленькая коробочка.
Ткань, которой она была обтянута, обладала тем нежным светло-серым оттенком, что дядя Морган выбрал для их парных мантий с пелеринами. Само изящество.
И как же Рейне не понравилось обслуживание в том месте…
– О, Абраксас, – она прижала ладонь к груди, предвидя что-то очень неловкое. – Ты не должен был…
Подозрительная коробочка. Целое послание. Один большой намёк.
– Прошу тебя, Рейна.
Ткань и в самом деле была из того дорогущего ателье. Но то, что лежало на подушечке внутри, не шло ни в какое сравнение. Кристалл – прозрачный, с едва заметными грозовыми прожилками. Будто свет зимнего солнца, сияющий сквозь тучи.