– Это слишком ценно, – надломленным голосом произнесла девушка, –я не могу принять такой подарок.
Она не ожидала, что может получить от ровесника редкий и – после работы умелого зачарователя – могущественный артефакт. Сейчас это была лишь заготовка, но менее стоящей она не становилась. Только обретала больший вес. Из неё можно сотворить, что угодно…
Рейна смутилась, протянула коробочку обратно – и поймала на себе вопросительный взгляд Абраксаса.
– Я не заслуживаю этого, – добавила она. – Прости, у меня ничего нет взамен.
– Это не соревнование, – Абраксас улыбнулся, дрогнув уголком губ, и стало ясно, что его внешняя холодность была следствием волнения. – К тому же, теперь мой жест более честный. Я прошу прощения за неприятности, Рейна.
– Мы уже обсуждали это, – сказала девушка. – Я очень признательна. Но такая вещь… Ваша интрига того не стоит.
Абраксас чуть склонил голову в ответ и произнёс:
– Счастливого Рождества, Рейна.
Она резко отступила, понимая, что сцена окончена. Нет смысла сопротивляться. Теперь кристалл принадлежал ей.
– И тебе, Абраксас.
Юноша сделал шаг в сторону, пропуская её. Позволяя подняться по лестнице – пока шёл следом.
Рейна еле сдержала смешок. Малфой что, откупился от неё? Что ещё он сделал, чего она не заметила? Или сделали они с Томом Реддлом? Какая забавная сделка. Я извиняюсь – ты принимаешь подарок. И в данном случае, похоже, подарок действительно налагал обязательства.
Кристаллы были непозволительно роскошными ингредиентами. Мало кто всерьёз воспринимал теории об их применении, потому что раздобыть достойный экземпляр среди них – та ещё задачка. Далеко не все кристаллы обладали качествами магического проводника, а редкие удачные находки хранились у самых предприимчивых волшебников.
Такой подарок тянул на извинение за преступление международного масштаба – считала Рейна. В огромное чувство вины слизеринца она не верила. Верила разве только, что ответственность за проступки некоторые люди подменяли ценностью подарков. Единственный доступный для них способ попросить прощения и… улучшить репутацию.Это, в свою очередь, предоставляло им право рассчитывать на некую небольшую услугу в будущем.
***
По протоптанной в снегу тропинке она добралась до берега Чёрного озера и спряталась за раскидистым деревом от любопытных глаз. Как настоящая негодяйка, девушка измазала камни под заснеженным кустом липкой пастой из баночки, высыпала поверх все жала веретенниц и притаилась.
Воздух пронзило яростное высокочастотное жужжание. Докси появилась из-за ветвей и набросилась на предложенную пищу с первобытной жадностью. Всё её тельце подрагивало, будто она рвала в клочья плоть, а не захватывала длинным язычком сушёные жала, которые тут же исчезали в её пасти.
Множество раз она подводила дядю и всё ещё оставалась жива, не превращаясь в очередной эксперимент под номером. И сколько бы дядя ни дрессировал своего питомца, устоять перед любимой едой тот не мог.
– Какая же ты милая. И безмозглая. Не понимаю, почему мама так не любит тебя.
Одурманенная бесплатным лакомством, докси обернулась на голос Рейны и попыталась взлететь, но безвозвратно увязла в пасте.
– Прости, Флора, но у меня к тебе дело, – сказала девушка и по очереди произнесла несколько заклинаний. – Иммобилус. Экскуро.
Докси замерла под действием чар, беспомощно растопырив лапки в стороны, а паста тем временем затянулась в волшебную палочку. Да, используя эту липкую штуковину, прицелиться было проще простого.
– Доставь это хозяину, – Рейна начала прикреплять к её лапкам сложенный клочок бумаги, – отправляйся сейчас же. И выбирай безопасный маршрут, договорились?
Кажется, после этих слов её не должны растерзать в Запретном лесу.
Замораживающее заклинание перестало сковывать движения Флоры. Сонные глазки существа блеснули, уставившись на Рейну.
В этот момент из-за зарослей камыша донёсся детский голосок:
– Давай сильнее!
– Я толкаю!
Рейна осторожно выглянула из-за дерева, чтобы проверить, остались ли её манипуляции незамеченными.
У примёрзшей к берегу старой лодки копошились несколько младшекурсников, которые, по всей видимости, оставались на зимние каникулы в Хогвартсе. Дети отчаянно пытались столкнуть лодку на лёд. И, кажется, у них тоже происходило что-то запретное, и дела до подкармливания волшебных паразитов им не было.
Докси в этот момент, закончив хрустеть жалами веретенниц, дёрнула крылышками и взмыла в воздух. Сделав над головой Рейны прощальный круг, она умчалась в сторону Запретного леса, прочерчивая лапками крошечную дорожку на снегу.