– Матушка, – первым нарушил тишину Альфард, сделав почтительный поклон.
– Добро пожаловать, мои дети, – кивнула Ирма, и в её голосе прозвучала не столько радость, сколько удовлетворение от того, что всё на своих местах. Её взгляд стал капельку острее, когда она обратилась к дочери. – Надеюсь, Вальбурга, дорога не слишком утомила тебя. Ты знаешь, как я не люблю, когда ты выглядишь уставшей.
Пока Вальбурга обменивалась с матерью парой ничего не значащих фраз, все вошли в прихожую, и Альфард захлопнул за Рейной тяжёлую дверь.
С раздавшимся грохотом у неё всё похолодело внутри, но пути назад не было. Она сама решила посетить этот дом без своих родных. Прямота и честность, может, всё-таки предпочтительнее? Рейна устала во всём искать двойное дно, намёки… и сомневаться. Она поёжилась от самой себя.
Сигнус, скинув верхнюю одежду, тут же начал жаловаться на Дженкинса, а Ирма, утешая младшего сына улыбкой и кивками, перевела взгляд на неё.
– Рейна, – женщина сделала шаг вперёд, положила ладонь на плечо девушки и оставила на её щеке лёгкий, как крыло мотылька, поцелуй. – Мы рады видеть тебя после долгой разлуки.
– Благодарю, госпожа.
– Тебе тоже нездоровится? Мои девочки, – с жалостью протянула Ирма, покачав головой. – Я настаиваю, вы должны перекусить перед праздником. В поезде отвратительно кормят. Альфард, – она обернулась к сыну, – не стой в дверях, как привидение. Помоги Рейне расположиться в гостевой спальне, а потом спускайтесь в столовую. Я распорядилась подать чай и полдник. Ваш отец присоединится, как только закончит с корреспонденцией. Раз уж Вальбурга прислала сову с новостью о твоём приезде, милая, – Ирма мягко подтолкнула Рейну вперёд, – он решил разобраться с бумагами до праздника.
Внимание матери тут же перехватил Сигнус, и Рейна не успела ощутить укол совести.
– Следуй за мной, – тихо сказал Альфард, держась на расстоянии.
Пара миновала длинный коридор и поднялась по лестнице. Одна из спален была приоткрыта – туда в молчании они и направились. Едва Рейна толкнула дверь, Альфард спросил:
– Помочь… занести багаж?
Его голос был таким хриплым и взволнованным, что она попыталась не рассмеяться и показательно взвесила свой рюкзачок.
– Мой хрупкий груз мог не пережить езды по кочкам.
Юноша, склонившись, прижал сумку к себе, как что-то действительно важное, и первым шагнул в комнату. Рейна последовала за ним.
Гостевая спальня объяла их мрачным уютом: тёмные обои с серебристым узором, напоминающим ветви генеалогического древа, тяжёлые шторы, отгораживающие комнату от вечерних фонарей за окном, и большая кровать с балдахином. На прикроватном столике стоял хрустальный графин с водой, искрящийся в лучах единственной лампы.
Альфард поставил сумку на банкетку у изножья кровати, но не отпустил её сразу – пальцы задержались на ремешке. Он цеплялся за этот предлог, чтобы не уходить.
Рейна остановилась рядом, не отрывая глаз от игры света на поверхности графина, напомнившей ещё и о подаренном кристалле. Голова разрывалась от вопросов, а задавать их было уже поздно. Да и вряд ли кто-то бы ответил.
Так хотелось отдохнуть.
– Спасибо, что согласилась поехать, – признался Альфард.
– Спасибо, что пригласил. Я бы осталась ждать весточки от дяди в школе, а так…
Пальцы юноши бережно приподняли её подбородок. Рейна встретилась с его глазами так близко – и вдруг почувствовала на щеке поцелуй, мягкое касание к согревшейся коже.
– Ты в порядке? – растерянно спросила она, чувствуя, как его рука гладит её шею и затылок, зарывается в волосы, и это… напомнило хватку Моргана, когда тот убеждал племянницу в своей правоте.
– Уже скучаю по твоей нежности.
Рейна нахмурилась, кладя ладони на его плечи. Меньше всего на свете ей хотелось, чтобы их увидели здесь вот так. Воображение некстати подкинуло образ Антеи Блэк.
– Будь осторожен.
– Не могу, – Альфард прижался носом к её щеке, и девушка вздрогнула. – Мне нужна передышка перед встречей с отцом. Всего минута.
– Если ты ещё раз поцелуешь меня, – прикрыв глаза, шепнула Рейна, – я потеряю сознание.
От ярких эмоций у неё кружилась голова, но сейчас к ним примешался страх. Рейна старалась думать, что между Альфардом и дядей нет ничего общего, в то время как их пальцы скользили по её шее. Будто дядя тоже здесь, наяву – стоит рядом и…