Перед уходом Альфард бросил на Рейну обеспокоенный взгляд, но в этот раз девушка действительно была в порядке.
– В доме нет её портрета…
– Думаешь, Поллукс не хочет превращать нашу крепость в музей печали? Нет, дорогая. Мы просто не успели запечатлеть её.
Ирма улыбнулась с такой фальшивой жалостью, будто устроила очередную игру. Промелькнувшее в глазах веселье выдало миссис Блэк. Она не сочувствует Антее?
– Прошу прощения за глупый вопрос.
– В твоей семье нет такого обычая, поэтому не переживай, – отмахнулась Ирма. – Лучше вот… попробуй. Любимая сладость моего старшего сына, – она склонилась над столом и протянула печенье в форме полумесяца, присыпанного сахарной пудрой.
– Он говорил, что ему нравятся перечные рогалики из «Сладкого королевства».
Ирма рассмеялась с неподдельной теплотой.
– О, дорогая, это и есть они. Но они никогда не были перечными. После совершеннолетия Поллукс здорово вложился в «Сладкое королевство», и когда Антея с Морганом привезли нам рецепт этих рогаликов, управляющий уговорил его ввести в ассортимент заграничное печенье. Со всей уверенностью он до сих пор подкрашивает сахарную пудру в чёрный цвет, якобы всё должно соответствовать гордому имени нашей семьи. Даже рогалики. Твой дядя зовёт их ваниллекипферль.
Рейна откусила кусочек печенья. Оно было песочным и раскрывалось сливочно-ореховым вкусом. Как жестоко Альфард разыграл её, лишив этой сладости на целый семестр. А когда она купила целую упаковку к горячему шоколаду в Хогсмиде, он даже не предложил попробовать. Уплетал за обе щёки перечные рогалики… Ну конечно, милая уловка.
– Альфард постоянно дразнит меня. Бузинный отвар с перцем тоже без перца? Какой же он иногда…
– Здесь он не шутил. Прости, дорогая, – Ирма вдруг обняла Рейну, крепко прижав её голову к груди. Парфюм с запахом увядающих роз и камфоры заполнил лёгкие. – но вы два ласковых птенчика, и я не знаю, как вы смогли вырасти такими в нашем мире. Могу я попросить тебя кое о чём?
– Да, госпожа, – голос прозвучал чуть приглушённо из-за складок платья миссис Блэк.
Рейна замерла, пытаясь не показать, как ей не хватает воздуха, и упёрлась ладонью в столешницу для равновесия.
– Когда ты переоденешься, зайди к Вальбурге. Помоги ей с платьем, разговори её немного. Она сегодня очень тихая. Её стремление не разочаровать деда сводит её с ума… Ей нужно обсудить это с кем-то равным. После случившегося с Антеей она решила стать безупречной наследницей, но эту ношу тяжело нести в одиночку. Я рада, что у неё есть такие внимательные друзья.
Ирма нежно потрепала Рейну за щёку, отпуская, и девушка кивнула – хотя не представляла, чем именно сумеет помочь.
Она тоже была рада – что теперь может вдохнуть, освободившись от удушающего объятия.
Ирма сформулировала просьбу так, будто Рейна с Вальбургой – неразлучные подружки, а не участницы тонкой войны на грани терпения. Вальбурга быстро утомляла. Может, немного вызывала раздражение – но оставалась несчастной жертвой системы. Бороться с ней бессмысленно.
У Рейны имелись дела поважнее. Настоящая катастрофа разворачивалась за пределами этого дома, на фоне чего склоки Вальбурги казались детским лепетом.
Ирма предлагала перестать придерживаться пути наименьшего сопротивления и собственными ножками отправиться в логово истязательницы. Что, наступит величайшая сцена ругани в жизни Рейны или союз двух цветков, выросших в разных горшках?
Девушка поморщилась, делая остановку на лестнице. Она не хочет быть цветочком, только драконом. После такой неприятности стоило надеть самое красивое платье и… перестать возвращаться к дяде.
Пожалуйста, пусть он будет жив.
Глава 12. Часть 4. Огонь и пепел
Рейна долго вглядывалась в себя в зеркале. Кое-что ещё изменилось.
Выросшая в мире бесконечных секретов дяди, она испытывала к Поллуксу и Ирме настоящую благодарность.
Ей подарили нечто неосязаемое и одновременно прочное – ощущение твёрдой почвы под ногами. Не утянули в зыбкое болото, где Рейна каждый раз барахталась после встреч с дядей. Прямые вопросы, желание узнать правду – вот, что отличало эту семью.
Сзади послышалось шевеление. Рейна подняла глаза выше – в дверях стоял Альфард.
– Можно? – спросил он.
Рейна кивнула, задумавшись, и увидела в отражении, как он подошёл ближе.
– Не знала, что феи мало едят, – сказала она, не желая говорить о серьёзном сейчас.
Воздушные широкие рукава его чёрной рубашки обвились вокруг её талии. Юноша крепко обнял её со спины и уткнулся носом в макушку.
– О чём ты?
Он выглядел задумчивым и отстранённым – словно всё ещё размышлял над тем, что говорил отец. Но Рейна побоялась спросить напрямую.