– Про аппетит Сигнуса на предстоящем ужине, – напомнила она. – У моего дяди есть посыльная докси, и я не видела монстра прожорливее.
– Ч-что? – растерявшись, переспросил Альфард. – Не помню. Но это звучало достаточно обидно для него. Я бы не хотел, чтобы меня сравнивали с чем-то таким же очаровательным и кукольным. Например, как ты.
В его глазах разожглась знакомая искорка. Он провёл пальцами по её щеке, и Рейна стыдливо отвела взгляд.
– Ты меня смущаешь, – сказала она.
– Думала, сможешь безнаказанно издеваться надо мной? – прошептал Альфард, прижимая её сильнее.
В памяти Рейны всплыли моменты, когда она смущала друга и даже не представляла, что творилось у него на душе. Это ведь… своего рода жестокость.
– Тебе было больно?
Она увидела в зеркале его хмурое лицо. Ошибка. Не стоило так говорить. Она не хотела снова лезть в это болото – и сделала это по привычке. Из чувства вины.
«Опять всё испортила, глупая девчонка…»
Рейна замерла на секунду. Чужой голос заполонил мысли как наяву. Воспоминания имели особенность – появляться в неподходящее время. Иногда обрывками, а иногда затмевали всё ярким пятном.
– Я шучу, Рей, – помедлив, сказал Альфард. – Кажется, я начинаю лучше понимать тебя. День откровений, – он покосился на дверь.
– Прости. Прости, я должна идти к Вальбурге. Не хотела грузить тебя, – она попыталась вырваться из его объятий.
Альфард прижался губами к её виску и прервал её виноватую речь:
– С тобой мир кажется таким светлым и добрым. Давай хотя бы сейчас забудем о том, что нас беспокоит? Всего на пару минут.
– Как ты это делаешь? – ответила Рейна, глотая подступившие слёзы.
Она ещё ни с чем не разобралась.
«Неблагодарная эгоистка», – пронеслось в её голове. Гнетущее отчаяние нарастало в груди, как снежный ком. Когда же это прекратится?
– Ты же не собираешься стать всемогущей в свои почти шестнадцать, Рей, – Альфард улыбнулся. – Никто не обязан принимать только верные решения. Но я счастлив быть рядом. И мне не нужно, чтобы ты всегда всё контролировала.
– Я так хочу перестать тебя мучить этим бесконечным унынием… каждый раз одно и то же.
– Любой бы с ума сходил, если бы не знал, где его родные. Рей, – он повернулся, чтобы поймать её взгляд. – Посмотри, какая ты красивая. Даже если твой румянец размажется от слёз.
Он сказал это с такой любовью, что вытеснил злобный голос и вернул её в реальность.
– Мне пора. Я помогу Сигнусу, ты поможешь Вальбурге…
Нежное движение пальцев вдоль щеки – и её губ коснулся поцелуй. На лице Альфарда заиграла мальчишеская улыбка.
– Всё получится, – шепнула Рейна, сама не понимая, это утверждение или вопрос.
Альфард кивнул:
– По-другому и быть не может. Я хотел попросить… – он отступил, поправляя высокий воротник своего жилета, сшитого как сдержанный камзол с наплечниками вместо рукавов. – Проверь, пожалуйста, подкладку моего костюма на спине. Впервые ношу что-то настолько тесное.
– Надел строгий костюм к доспеху Вальбурги? – по-доброму хмыкнула девушка, оценив его заботу по отношению к сестре. – Тебе чертовски идёт. И рубашка… Сам подбирал?
– Не мог остаться в стороне. Я похож на рыцаря?
Он взмахнул рукой в танцевальном жесте, и рукав рубашки взметнулся чёрной вуалью.
– Ты прекрасен, – зачарованно протянула Рейна.
– Ну уж нет, говори прямо, – рассмеялся Альфард. – Бракс мне все уши прожужжал, что ты нарекла рыцарем его.
– Да когда это я…
В запряжённой фестралами карете. «Теперь вы сверкаете, как мои верные рыцари». Серьёзно, Абраксас Малфой?
Она мысленно осеклась, вспомнив, что целое лето провела за книжками о некромантах и мертвецах – те и были рыцарями. Услужливыми, прямо как её слизеринские союзники, но всё-таки не живыми людьми, которыми руководили бы собственные цели, а не навязанное колдовством послушание.
Нет, Малфой не виноват. Дядино колдовство помутило его сознание. Вот и поделилась с друзьями печеньем по пути в школу… Кто бы мог подумать, что оно окажется с привкусом елейного экстракта.
Лучше перевести тему, чем снова называть себя чудовищем, решила Рейна.
– Я думала о рыцарях другого рода, – призналась девушка. – Они неважны. Это ты – герой, спасший дракона в моей сказке.
– Т-ты тоже очень дорога мне, – смущённо отозвался Альфард.
Он замолчал, наткнувшись на её восторженный взгляд. Его пальцы потянулись к лицу девушки и тут же отпрянули, чтобы в очередной раз поправить и без того идеальный воротник.
Рейна среагировала быстрее. Она взяла его ладонь и положила на свою щёку.