Рейна молча посмотрела в окно.
Она не имела своего мнения на этот счёт. Слова о чистоте крови в магическом обществе давно перестали звучать, лишь отдельные семьи придерживались старых предрассудков. Семья Альфарда Блэка была из таких. В его доме под надзором шепчущихся с зачарованных портретов предков всё ещё вели беседы о драгоценном наследии. Магический потенциал не измерялся генеалогическим древом, но некоторым волшебникам это было неведомо.
Её дядя, когда это не противоречило моменту, тоже бросался жестокими фразами. После обсуждения с мамой Рейна считала, что он испытывает ненависть к маглам, принёсшим в их мир войну, и полукровки с маглорождёнными являлись напоминанием о происходящем. Попали под горячую руку тех, кто привык искать виноватых.
– Мы однокурсники. Как я могу с кем-то не общаться?
– Попробуй наработать репутацию. Ты всегда была молчаливой в компании, продолжай оставаться собой. Говори, только если обратятся. Будь осторожна с инициативами. Веди себя дружелюбно, но сдержанно.
– Теперь я боюсь, – прошептала Рейна с грустью. – Может, мне не стоило возвращаться. Не хочу навредить тебе.
– Уж куда тебе точно не стоит возвращаться, это домой. В любом случае, ты не обязана следовать моим советам.
– Мне стоит… не подпускать других людей близко, верно?
– Ко мне, – поправил Альфард. – Пожалуйста, не навязывай мне их общество. Вы всегда можете устраивать милые посиделки в гостиной Пуффендуя и стать лучшими друзьями. Но от того, кто ты есть, не скроешься.
– Мои родители – честные волшебники. Только дядя… Хм, он подозрительный.
Альфард рассмеялся.
– Рей, ты чудо. Знаешь, – вдруг начал он, – ты умная и быстро проведёшь черту. Ты зря переживаешь заранее, потому что со всем сможешь справиться. А если нет, я попробую помочь. Что бы ни случилось, я на твоей стороне.
– Абраксас сказал, будто я всегда знаю, что делаю.
– Что ж, он прав. Ты не производишь впечатление расчётливого человека, но…Либо удача преследует тебя, либо ты всю жизнь притворяешься. Только очень много анализируешь. Это излишне.
– Это помогало мне жить спокойно.
Альфард заглянул в её задумчивое лицо.
– Спокойно, – повторил он неверяще. – Тебя ждут потрясающие школьные будни. Рейна, у меня сердце разрывается, когда ты мучаешь себя такими мыслями. Ты ещё помнишь, как прекрасен Большой зал?
– Я помню огоньки и заколдованное небо. Если честно, больше ничего. Ал, а как ты?
– Я? Помню ли я Большой зал?
– Ну, – промямлила она, – тебя не тревожат мысли о том, как всё исправить?
– Что именно?
– Чтобы другие люди… Не расстраивались из-за тебя.
– Я думаю, что это их ответственность, – Альфард нахмурился. – А ещё тебе нужно на свежий воздух. Мы скоро приедем. Пожалуйста, не закапывай себя. Нас скоро вкусно и сытно накормят. Это поднимает настроение. Только не порть аппетит печеньем. Оно потрясающее, но потерпи немного, договорились?
Глава 3. Часть 2. Сомнительные союзники
За окном мерцали редкие ночные фонари на подъезде к Хогсмиду. «Хогвартс-Экспресс» плавно замедлял ход, и в купе ворвался шум толпы – ученики, переодетые в школьные мантии, выбирались в коридор.
Альфард встал, поправил серо-зелёный галстук. Рейна прижалась к холодному стеклу, пытаясь разглядеть в черноте отражение друга.
– Рей, нам пора.
Она хотела что-то ответить, пошутить про его серьёзный вид, но в коридоре с увеличенной заклинанием силой грянул голос старосты:
– Все в мантиях! Выходим, не забудьте оставить здесь багаж и зверьё!
Альфард заслонил собой дверь, будто пытаясь отсрочить неизбежное.
– Послушай, – его голос смягчился, – ты всегда можешь ко мне обратиться. Ты не останешься одна в замке.
Рейна улыбнулась его трогательной тревоге. Кажется, он переживал больше неё во сто крат.
– Пошли, – тепло рассмеялась она. – Нас ждёт пиршество.
Они выбрались в коридор, где толпа студентов уже спешила к выходу. Рейна задержала взгляд – впереди скрылась белая макушка Абраксаса Малфоя.
– Альфард... – она потянула его за рукав мантии. – Я держу в голове слова про осторожность. Постараюсь не подвести тебя.
Он не ответил, лишь слегка кивнул.
С остальными учениками они ступили на тёмную платформу станции в Хогсмиде. Из-за приятной ночной прохлады после дождя Рейне вспомнились деньки, проведённые в их домашнем саду, и ей захотелось обнимать всех вокруг и искренне говорить добрые слова. Делиться радостью, согревать и воодушевлять. В порыве чувств Рейна схватила Альфарда за руку, и он крепко сжал её.
– Первокурсники – к лодкам, остальные – к каретам!