– Ты настолько хорош?
– Уже сейчас мы способны отыскать самые потаённые наши глубины и проложить к ним дорогу, – ответил он. – Встретиться со страхами и побороть их. Это можно использовать, чтобы оставить людей рядом. Поэтому выбирай, кого привлечь на свою сторону сейчас, пока они ещё верят в дружбу.
– Что ты хочешь от меня, Том Реддл?
Реддл поднял глаза так медленно, будто время вокруг него сгустилось в тягучую смолу. Его зрачки, тёмные и бездонные, будто поглощающие свет, замерли на Рейне.
– От тебя? Ничего, что ты не захотела бы дать сама. – Он слегка наклонился вперед, и свет случайного фонаря за окном отбросил тень на короткий жуткий миг, скрыв половину его лица. – Абраксас заверил меня, что ты умна, а ум – редкий ресурс. Но без амбиций… это бесполезно.
Горечь наполнила её до краёв. Это и есть невинные проблемы, о которых говорил Альфард?
– Тогда что я должна ответить тебе?
– Я не обязываю тебя давать какой-либо ответ, Рейна.
В карете воцарилась напряжённая тишина, лишь мерное постукивание копыт фестралов и скрип колес нарушал тишину. Рейне казалось, что атмосфера сгустилась настолько, что она с трудом может вздохнуть.
Всё-таки спустя годы её отсутствия ничего не изменилось. Мировая война маглов и идеи Гриндевальда, распространяемые среди волшебников, буквально поделили мир пополам. На нас и их, своих и чужих, от названия суть не изменится. Раскол зашел так глубоко, что уже в карете на полпути в школу её ровесники вместо обсуждения предстоящей учебы и преподавателей обмениваются взрослыми намёками, пытаясь одновременно прощупать собеседника на вопрос его приверженности и не раскрыть свою. Куда пропала та лёгкость первого времени учебы, когда самой большой проблемой было домашнее задание? Ах, да. Она ушла, вытесненная страхом за свою семью.
Том Реддл повернулся к Абраксасу, видимо, намереваясь что-то ему сказать, но в полутьме кареты его движение показалось Рейне огромным мерзким пауком, протягивающим лапы к другому пауку. Но ведь и она такая же, тоже желает привлечь их на свою сторону и использовать. Получается, в школьной карете ехали не дружелюбные беззаботные ученики, а отвратительные пауки, только и обдумывающие жуткие паучьи замыслы. Будущие вершители судеб, которые собираются плести паутину из интриг.
Карета стала забирать левее по дороге, и голубоватое свечение между ветвей одного из деревьев привлекло внимание Рейны. И атмосфера в карете для неё мгновенно переменилась. Большие и мерзкие пауки превратились в крошек-паучат. Кусающихся, но всё ещё маленьких и неприятно мельтешащих под ногами. Потому что, пусть и на краткий миг, но Рейна в слабом чародейском мерцании разглядела фигуру Флоры. Ручная докси её дяди. Маленькая гадость специально привлекла внимание девушки и, убедившись, что её заметили, тут же скрылась среди деревьев. Не успел дядя её проводить, а у него уже есть для неё задание. Вряд ли имелась другая причина появления докси. А значит, к школе подполз другой паук, взрослый, сильный, матёрый.
– Рейна, Альфард, – прервав тишину, обратился к ним Абраксас, – эта беседа не является предупреждением. Мы лишь даём вам понять, что мы на одной стороне, нет смысла враждовать.
– Враждовать, чего? Ты в порядке, Абраксас? – с искренней наивностью спросила Рейна. Теперь он был для неё лишь раздражающим наглецом.
– Но однажды вы собираетесь обратиться за помощью? – Альфард вознамерился покончить с важной темой, отвлекая Малфоя от смущения.
– Или попросить не вмешиваться, – Абраксас виновато улыбнулся.
– Вы что, готовите революцию? – скептически отозвался Альфард.
– А я успею выспаться? – встряла Рейна, желая совсем разрядить обстановку. Она посильнее одёрнула шторку на окне со своей стороны.
Карета подпрыгнула, въезжая на территорию замка через ворота с высокими каменными столбами, увенчанными статуями крылатых вепрей. Рейна, не удержавшись во всех смыслах, вытащила голову наружу.
– Боги, какое великолепие!
Впереди, только рукой подай, их ожидал Хогвартс. Величественная громада, гостеприимно горя золотистым светом в окнах, одним своим видом вселила спокойствие в сердце девушки. Чтобы ни случилось, какие потрясения ни терзали бы мир, в его стенах всегда можно найти прибежище и уют.
Рейна заметила, что не только она почувствовала облегчение. Расслабился ещё и Том Реддл. Резкие черты лица юноши будто подтёрлись, напряжение отпустило его плечи. В этот момент он показался человеком, радовавшимся возвращению домой после долгого отсутствия.
Они взобрались по ступеням к распахнутой огромной парадной двери в замок и оказались в просторном вестибюле с мраморной лестницей, ведущей на верхние этажи. Впереди за спинами учеников виднелись приоткрытые двери Большого зала.