Всё дело было в том, что она воспринимала вызов Болдерика как состязание. Она не хотела с кем-то бороться не ради выживания, а ради того, чтобы что-то доказать. Будто дурацкая бессмысленная забава или каприз обиженного ребёнка. Однако Рейна ясно видела, что для Болдерика это может быть вопросом его магловской чести, как если бы он лично открыл двери в Хогвартс приспешникам Гриндевальда.
Впрочем, здесь Рейна лукавила, как и во многих своих взглядах. Уже пару недель она исправно посещала в качестве зрителя тренировки по Квиддичу, на которые могла попасть, если не шёл дождь или было не слишком ветрено. Ещё она, делая уроки вне пуффендуйской гостиной, часто отвлекалась на отдыхающих за играми после напряжённого дня учеников. Всё это наблюдение со стороны дарило ей особенное чувство единения с другими студентами, и в какой-то момент Рейна поняла, что почти перестала разговаривать. Она только слушала чужие впечатления и истории, наполнялась чужими эмоциями, как это происходило с ней и прежде, радоваться за окружающих людей она умела легко.
Поэтому, чтобы перейти на следующий этап своей новой счастливой жизни, Рейне нужно было посетить собрание Дуэльного клуба хотя бы сегодня. Только один раз. И единственная мрачная тучка по имени Болдерик более не будет тревожить её безмятежное небо.
Во второй половине дня, после всех уроков, студенты стекались в Большой зал. Столы факультетов были убраны по углам, а посреди зала появился небольшой помост, драпированный тканью по бокам. Рейна с ужасом представила, как больно будет подвернуть здесь ногу, если туфли заскользят.
Профессор Флитвик взобрался на постамент, чтобы его было видно всем присутствующим.
– Дорогие ученики, рад приветствовать вас на нашем первом в этом учебном году собрании Дуэльного клуба! В первую очередь хочу напомнить правила. Личных животных не использовать! Мистер Долгопупс, уберите с глаз долой вашего боевого хомяка! Не стоит подкидывать мадам Флеминг новых пациентов с прокушенными носами, это хуже проклятий, право слово… – протяжно вздыхая, профессор промокнул лоб платочком. – Также ни в коем случае нельзя калечить друг друга! Сейчас мы с профессором Вилкост покажем вам пример дуэли.
Преподаватели заняли позиции на помосте в центре зала. Профессор Вилкост обучала Защите от Тёмных искусств. Это была величественная пожилая волшебница, одетая в старомодное платье, наглухо скрывавшее шею, но не лишённое изящества. Она почтительно кивнула крошечному профессору Флитвику в ответ на его полупоклон.
Отсчитывая шаги и держа перед собой палочки наготове, они разошлись по разные стороны помоста. Поклон оппонентов друг другу, взаимный салют палочками и раз, два, три… В центре зала схлестнулся шквал магических вспышек, осыпая помост мерцающей пылью. Преподаватели показывали движения волшебных палочек преувеличенно неспешно, это позволяло рассмотреть, кто в данный момент атакует, а кто – защищается, хотя и не более того.
Всё затихло, и профессора, слегка запыхавшись, улыбнулись друг другу, продемонстрировав в бою идеальный баланс сил.
– Помните об уважении к противнику, дорогие, – произнёс профессор Флитвик, обращаясь ко всем присутствующим ученикам. – Пожалуйста, выберите себе пару, поприветствуйте друг друга и приступайте к тренировке!
Рейна не спешила искать компанию, поэтому не заметила, как через толпу студентов пробрался Абраксас Малфой.
– Потренируйся со мной. Прошу, Рейна, – попросил белокурый юноша, изучающе склонившись к ней.
– У тебя ко мне какое-то дело? – отозвалась она, и от грубости собственных слов, непривычных для неё, прикусила губу. Грубостью Рейна считала прямоту.
Абраксас выдохнул, разоблачённый.
– Вообще-то, так и есть, – он мягко улыбнулся, вызывая в Рейне чувство вины. – Я хотел бы обсудить с тобой кое-что.
– Прости, Абраксас, я немного на взводе…
– Ах, да, и моё дело непосредственно касается ситуации, в которой ты оказалась, – сказал он и протянул ей ладонь. – Пожалуйста, побудь моей напарницей.
Поколебавшись, Рейна согласилась, и они отошли в свободное место. Обычно заклинания, используемые ей во время попадания в неприятные стычки с дядюшкой, касались преобразования окружения. Метнуть предмет, превратить поверхность под ногами в заледеневший каток, наложить «пылающие руки» на двери или приклеить что-нибудь вредительское к потолку. Так она могла оставаться вне поля зрения противника и позволяла дяде не переживать за свою сохранность. Но в предстоящей тренировочной дуэли подобное преобразование помешало бы другим ученикам, и Рейна рассчитывала на более точечные чары. Да и вряд ли обрушение помоста под ногами оппонента и сброс люстры ему на голову можно отнести к высокому искусству дуэли. Главным было помнить, какие из заклинаний считаются тёмными проклятиями, запрещёнными в школе, и не применять их.