После коротких формальностей Рейна шагнула навстречу и разрубила волшебной палочкой воздух, атакуя «Остолбенеем», но Малфой успел воздвигнуть барьер. Сразу после этого его мантию обдало струёй воды от пропущенного «Агуаменти».
– За что, – простонал юноша, с удивлением оглядывая мокрые рукава, и тут же ткань на них заледенела от небольшого, но быстрого «Глациуса».
– Ты и вправду просто… – сглотнула Рейна, – …просто хотел поговорить? И всё?
Она засмеялась, криво улыбнувшись в ответ на расстроенный до глубины души взгляд Малфоя, и пролепетала:
– Значит, твой черёд. Произнеси что-нибудь поскорее, пожалуйста, я не стану парировать.
– Ты так доверяешь мне, Рейна? Инкарцеро! – Абраксас мгновенно воспользовался её предложением.
Рейна хлопала ресницами, наблюдая, как шёлковые ленты сковывают её запястья.
– Что ж, теперь у нас есть законное время, пока ты не выпутаешься, – сказал юноша, заодно накладывая на себя согревающие чары и палочкой вбирая остатки воды с прилипшей к коже одежды. – Я знаю, сегодня тебе предстоит дуэль с гряз… кхм, Болдериком. Если желаешь, могу помочь разобраться с ним.
– Нет, – нахмурилась Рейна, – для него это важно.
Она задумчиво посмотрела на сражающихся рядом студентов и наткнулась на внимательный взгляд Тома Реддла, который после секундной заминки вернулся к своему оппоненту.
– Разве таких, как мы, должны заботить чувства… маглорождённых? – поинтересовался Малфой. – Ты словно нарочно ищешь тех, кто утянет тебя в болото.
– Ты ведь сам привык извлекать выгоду из всего, – растерянно сказала Рейна.
Она обхватила палочку пальцами и навела её кончик на призванные Абраксасом ленты. Заклинание развеяло усовершенствованную формулу трансфигурационных чар, и те рассыпались, опадая лепестками.
– Они не оценят твоей заботы, Рейна, – грустно ответил юноша. – Да и я не настолько корыстен и не ищу своей выгоды. Просто предлагаю помощь. Побереги свои силы для лучшей цели, чем удовлетворение обид и капризов… людей, недостойных твоего общества, – он поморщился. – Ты не построишь замок из этих кирпичей.
Он так проникновенно это произнёс, что Рейна поверила, и ей захотелось сейчас же покинуть Большой зал, наплевав на обещание поучаствовать в дуэли. Зачем пытаться, если это всё равно ничего не изменит? Её пораженческий настрой прервал голос профессора Флитвика, предлагавшего всем понаблюдать за добровольцами на помосте.
Первыми прозвучали их с Болдериком имена.
Взобравшись на платформу, дуэлянты кивнули друг другу и заняли позиции. Поклон друг другу вышел крайне смазанным, Болдерик не отрывал злорадствующего взгляда от волшебницы, а вот салют палочками получился красивым и синхронным.
Начали. В Рейну полетел какой-то простенький сглаз, и девушка отступила вбок, уклоняясь. Сглаз растаял, едва оказавшись за спиной волшебницы. Она запоздало вспомнила, что при ней находится дядюшкина вещица, нейтрализующая элементарные чары, и поэтому действует нечестно по отношению к оппоненту, но никто из преподавателей ничего не сказал. Похоже, заклинанию просто недоставало мощи, чтобы преодолеть большее расстояние, или кто-то из преподавателей развеял его.
Потом щиты спасали её от заклятия немоты и подбрасывающих чар.
– Сражайся! – выкрикнул Болдерик. Действия Рейны, полностью ушедшей в защиту, он, видимо, воспринял как личное оскорбление.
Но Рейна только отразила ещё несколько заклинаний вроде щекотки, прежде чем прошло достаточно времени, чтобы дуэль не окончилась с позорно быстрой скоростью.
Когда Болдерик отправил в неё огненный всполох «Конфринго», заклинание с такой силой разбилось о выставленный щит, что волшебницу подкинуло, и она сделала пару шагов назад. Искры почти долетели до стоявших в первой шеренге учеников, остановленные взмахом палочки профессора. Юноша уже всерьёз разозлился на пассивность своей противницы.
Итак, обиду юноши она потешила, показать свою удаль он смог, и теперь, чтобы никому не навредить, было пора прекращать.
Произнесённое Рейной «Инкарцеро» полетело в противника. Болдерик, видя взмахи палочки волшебницы, дёрнулся в сторону, намереваясь повторить её манёвр с уклонением, но полностью уйти от заклинания не успел. Оно связало руку Болдерика, и ту откинуло назад вслед за закрутившейся магической верёвкой. Противник отвлёкся на помеху, опутавшую запястье.