– Как всё прошло? Кристофер перестал дуться после вашей дуэли? – подскочила в кресле Джулия Аббот, едва завидев подругу.
– Кажется, я всё испортила, – ответила та, опускаясь на соседний диван. – Он победил, потому что я упала с платформы.
Сидевшие на ковре Арабелла Венлок и Лэйн Мэтьюс, окружённые книгами и пергаментами, сочувствующе посмотрели на неё.
– Глупости, – отрезала Джулия. – У нас весь курс – сборище неловких и задумчивых. Ты просто залюбовалась своим отражением в глазах Кристофера, так ему и скажи. Они же у него как чистое озеро.
– Да, – восторженно поддержала Рейна, приободрившись.
– Я серьёзно, скажи ему.
– Нет, – Рейна свернулась в кресле и спрятала голову широкими рукавами мантии. – Он неправильно поймёт.
– Когда я пыталась донести до Кристофера, что ты не высокомерная подружка слизеринцев, он говорил, что твоя молчаливость – это презрение к его статусу, а не «наша новенькая – ещё одна милашка в строю». Староста Ро каждый раз издевается над ним и говорит о свиданиях, и я уже начала считать, что такая тактика сработает, – Джулия опустилась на подлокотник кресла, в котором сидела Рейна, и внимательно посмотрела на неё. – Болдерик – балда. Не знаю даже, успокоится ли он, если увидит, как ты делаешь что-нибудь поистине магловское.
– Только не доставай во время завтрака продовольственные карточки, – тихо сказала Лэйн, – это было бы чудовищно.
– Однажды я была в кинотеатре… – неуверенно начала Рейна.
Память подсунула ей очень доброе и счастливое воспоминание, как она с дядей, будучи совсем крохой, посетила премьеру магловского фильма. Вместе с ними была дядюшкина подруга, беженка из Германии, пригласившая их на свой актёрский дебют в новой стране, и ещё какая-то девушка, чей образ в голове был подёрнут туманной дымкой. Нежная, радостная, она тянула к Рейне руки, но люди вокруг так спешили, что силуэт расплывался рябью.
– Его семья может позволить себе билеты в кино, – кивнула Лэйн.
– Это и покажет твою… человечность? – с сомнением протянула Арабелла.
– Поделись в общем разговоре о своих впечатлениях, – придумала староста.
Джулия целый месяц искала варианты, которые могли бы положить начало дружбы Рейны и Болдерика. Рейна была ей благодарна и поддерживала эту идею, чтобы поскорее завершить конфликт. Но подсказки на уроках были ужасным ударом по самолюбию Болдерика, а иные попытки сделали лишь хуже. Некоторые слизеринцы, узнав о грубости маглорождённого мальчишки к Рейне в первый же день учёбы, теперь цеплялись к пуффендуйкам, что не добавляло ей положительного отношения в глазах однокурсника.
Для Рейны столько труда, вложенного ради мира между двумя пуффендуйцами, выглядело как нечто бесполезное. И сам Болдерик выглядел как нечто бесполезное. В то же время это была своего рода вербовка сторонника. Убрать препятствие с дороги. Выстроить путь к светлому будущему окончательно.
Вдруг Рейну посетила мысль, что Болдерик не может быть настолько глуп. На уроках он показывал себя достаточно рассудительным юношей, пусть и бесконечно рассеянным. Что, если… им манипулировали? Что, если это – часть игры маленьких паучат?
Глава 5. Часть 2. Хогсмид
После субботнего завтрака студенты отправлялись в Хогсмид. Праздник урожая выпал на последние выходные сентября. Когда передряга в Дуэльном клубе стала воспоминанием о прошедшем дне, Рейна наконец поняла, что и первый месяц учёбы завершён. Оказывается, её очень волновала ситуация с Болдериком, к чему подвело вчерашнее озарение.
Это могли быть слизеринцы. Малфой мог заметить её ещё на вокзале Кингс Кросс. Разболтал что-то ужасное о её семье в присутствии маглорождённых учеников – Болдерик охотно подхватил информацию. Потом Малфой наверняка решил попрактиковать свои навыки высокомерия на Лэйн и не ожидал, что встретит Рейну так быстро. Чётко обозначил цели в карете. И спас беззащитных девчонок в коридоре в компании старосты. За месяц Болдерик не остыл к Рейне – значит, внушение продолжалось, а злость подогревалась.
Сначала она думала обсудить свои предположения с Альфардом. Тем более, зачарованный блокнот под рукой. Но в итоге решила справиться в одиночку, без лишних переживаний для друга.
Как кстати, что Абраксас Малфой – такой инициативный юноша. Пригласил её на свидание. Это было очевидно. Рейна уже просчитала: едва Малфой полезет с поцелуями, она сделает большие невинные глазища и попросит не портить их чудесные отношения. Восхищался ведь её жестокостью – получай. Опять в голову упорно лез дядюшка Морган. Он язвительно хохотал и вместо аплодисментов постукивал по полу своей тростью.