Горло нестерпимо горело, где-то вовсю полыхал пожар, и дым постепенно затягивал укрытие. Закашлявшись, Рейна оторвала подъюбник платья, заклинанием намочила его и повязала на лицо.
Раздался грохот – это свалились в кучу книги, и Рейна увидела, что длинная каменная полка выпала из шкафа, не расколовшись.
– Вингардиум левиоса.
Полка послужит отличной опорой для завала на некоторое время, если Тобиас выберется. Когда Тобиас выберется, поправила себя волшебница. Она осторожно протиснула её вперёд и опустила рядом с его головой. С другой стороны балку крепко держал завал, а вот здесь…
– Я подниму балку с плеча в воздух, а вы цепляйтесь за мою руку и отталкивайтесь ногами от пола. Кивните, если поняли.
– Угу, – отозвался Тобиас.
Рейна перевернула каменную полку и, пытаясь ничего не задеть, плотно засунула её под конец балки, между плечом мага и полом.
– Сейчас, – быстро сказала она и произнесла заклинание, попутно протягивая руку.
Балка приподнялась на считанные дюймы, посыпалась пыль и щепки. Тобиас, сжав зубы, рванул вперёд, опираясь на локоть. Его ладонь нашла руку Рейну, пальцы соскальзывали, но девушка удержала их. Он вытянулся из-под обломков слишком резко – и волшебники повалились на груду книг. Несколько секунд оба молчали, просто дыша.
Тобиас первым нарушил тишину – коротко и хрипло закашлялся, прикрываясь рукавом. Рейна вежливо отвернулась, выжидая, пока он восстановится.
– Простите, мисс, – тихо проговорил молодой лекарь, неверяще глядя в светло-карие глаза Рейны, когда она посмотрела на него.
Та зарделась. Ей было очень неловко. Он нависал над ней слишком близко – и пах дымом, потом и травами. Запах этот, казалось, принадлежал чужому миру, к которому Рейна не хотела бы прикасаться ни за что в жизни.
Нахмурившись, она положила ладонь на его грудь.
– Простите, – повторил Тобиас.
Его смущённый взгляд метнулся в сторону, и он с удивлением заметил уводящий вниз тёмный проём в шкафу.
– Нам туда, пока мы не сгорели. Больше выходов я не нашла, – глухо сказала Рейна. – Вы можете идти?
Тобиас медленно сел, держась рукой за плечо.
– Могу, – кивнул он.
– Нам пора выбираться, – волшебница покосилась на проём. – Ступеньки там мокрые.
– Тогда позвольте мне идти впереди, чтобы я не упал на вас. Снова.
Лестница уводила вниз опасной спиралью. Камень был влажный, поросший мхом – и тонкие линии слабо мерцали, когда на них ступала нога. Символы напоминали какое-то сложное заклинание из дядюшкиного «Сборника сочинений». Рейна старалась держать палочку повыше, чтобы источаемый ею свет показывал дорогу впереди, и получше разглядеть очертания символов у неё не получалось.
Вдруг Тобиас пошатнулся и, не удержавшись, осел на ступени.
– У меня есть рябиновый отвар, – сказала Рейна, сохраняя дистанцию.
– Не стоит, – ответил Тобиас. – Я просто надышался гари. Хорошо хоть, пятки не подпалило. Ботинки я всё равно стянул, иначе не пролез бы… – он снова закашлялся. – Чёрт.
– Вы умираете?
– Нет, – усмехнулся молодой лекарь, – разодрал руку. Посветите палочкой поближе, чтобы я обмотал рану? Пожалуйста.
Рейна подчинилась. Тобиас сел поудобнее, вытаскивая небольшой свёрток бинта из кармана, и раненой рукой задел ступеньку. Похоже, на камень попала кровь, и выжженные линии загорелись ярче, но лишь на доли секунды. Рейна изучающе посмотрела на Тобиаса, который даже не заметил произошедшего, занятый своей рукой. Успокоившись от переполоха наверху, волшебница воспользовалась паузой и стянула с лица повязку.
В конце лестницы их ожидала ничем не примечательная деревянная дверь. Рейна хотела проверить её на наложенные чары, но сомневалась, стоит ли рисковать, когда с ней увязалась такая компания. Тобиас бесстрашно толкнул дверь, вперёд пролетел магический сгусток света, и молодой лекарь вывалился из проёма в большой, залитый водой подвал.
– Зараза, вымочил н-ноги…
Одна из стен была обрушена, из этого пролома вода текла на каменные плиты, превращённые в зыбкое чёрное зеркало, отражающее свет. Рейна произнесла заклинание, способное поглотить воду, и тёмные спирали устремились к её волшебной палочке. Когда всё было кончено, плиты посерели, обнажив сеть трещин... Нет, это тоже оказались символы.
Рейна с опаской шагнула с лестницы. По углам подвала виднелись старые деревянные стеллажи, накренившиеся от времени, с полупустыми мутными банками и хирургическими инструментами, которые после дядюшкиных книг ни с чем не перепутаешь.
Тобиас пошатнулся, ухватился за полотно на стене, но оно тут же сползло на пол. Рейна взяла лекаря под локоть, чтобы помочь стоять, и сказала: