Профессор усмехнулся с облегчением, словно долго носил в себе эти мысли, и перевёл любопытный взгляд на Альфарда.
– Кстати, мистер Блэк! Я ещё лелею надежду увидеть вас в Клубе Слизней.
Альфард, сохраняя вежливость, ответил ему с упрямым равнодушием в голосе:
– Это очень лестно, профессор, но, боюсь, я до сих пор перегружен занятиями. Кроме того, я дал слово нашей команде по квиддичу, и Винки Крокетт разорвёт меня на части, если я пропущу даже одну тренировку. Не хотелось бы подставлять родной факультет.
– Ах, юность, – развёл руками Слизнорт, – вечно мчится куда-то сломя голову, не замечая самых заманчивых возможностей. Конечно-конечно, престиж факультета превыше всего. И всё же, – произнёс он, совсем повеселев, – я не оставлю попыток вас переубедить.
После его ухода в больничном крыле повисла тишина. Рейна прикрыла глаза, радуясь спокойному моменту и приятному обществу друга, но идиллию прервал её заурчавший живот.
– Точно, ты ведь не ела, – констатировал Альфард, его взгляд скользнул к прикроватной тумбочке, где не было и намёка на еду, разве что её замотали в шарф из мягкой шерсти. – Как ты себя чувствуешь? Выкрасть для тебя пирог с кухни?
– Нет, – торопливо ответила Рейна, садясь на кровати. Голова закружилась. – Я не хочу здесь оставаться. Давай прогуляемся к совам. И видок у меня, прости, тот ещё. Нельзя оставаться там, где меня могут найти. Не хотела бы напугать девочек. Не знаю, кто из них впечатлительнее. Впрочем, Абраксас всех уделает.
Юноша сдавленно хмыкнул на её замечание. Он тактично избегал обсуждения цвета лица подруги и визита Слизнорта, а вот Малфой точно не выдержал бы и усыпал её вопросами.
Рейна откинула одеяло и с сожалением отвела взгляд от своего плеча. Рубашка, разрезанная заклинанием мадам Флеминг, оголяла кожу.
– Как ты, тебе не холодно? – спросил Альфард, нахмурившись.
– У меня всё ноет. Но после зелья так тепло. Поможешь? Сменная мантия где-то тут... – она указала на свою сумку. – Я искала чернила целую вечность, устала мучиться с одной рукой.
Альфард быстро нашёл зимнюю мантию и придержал её, чтобы Рейна просунула обе руки, а потом разгладил складки и бережно поправил замявшийся воротник рубашки.
– Теперь шарф, – сказала она, и на её губах засияла та самая умилительная счастливая улыбка, которая всегда заставляла его соглашаться на глупости. – Ты видел, как я это делаю?
– Думаю, справлюсь, – задумчиво отозвался юноша и накинул середину шарфа на её макушку, обернул вокруг шеи и увёл концы назад.
Пока Альфард завязывал узел сзади, Рейна заметила, как разгораются его уши, а взгляд старательно игнорирует её лицо, уставившись куда-то в область её правого виска. Он дышал чуть глубже обычного, сосредоточившись на этой простой задаче, как на сложнейшей трансфигурационной формуле.
– Ты мог обойти меня со спины, – лукаво подметила Рейна.
– Вовремя же ты вспомнила… – пробормотал Альфард в ответ, и его пальцы на секунду замедлились. – Ну вот, теперь ты готова к побегу, – он выдохнул, отступая на шаг, чтобы посмотреть на своё творение.
Его щёки пылали румянцем. Рейна едва сдержалась от того, чтобы стиснуть его в объятьях и сказать её любимое: «Всё хорошо, всё в порядке».
Совиная башня встретила их шумом крыльев и жадными вскриками проголодавшихся сов. Рейна, запыхавшись от подъёма, прислонилась к каменному проёму окна, за которым уже вовсю синела ночь.
В небе вспыхивали бледные звёзды, точно маяки-указатели, куда стоит отправиться дальше. Столько дорог – и каждая теперь будет её выбором. Слишком много сил тратили глупые мысли, неотступно следовавшие за каждым шагом.
– Эхо! – тихо позвал Альфард, и с верхней жерди сорвался его серый яркоглазый охотник, бесшумно планируя и усаживаясь на протянутую руку.
Девушка достала из кармана мантии конверт и протянула Альфарду. Их пальцы ненадолго встретились – кожа его руки была шероховатой от рукояти метлы после недавних тренировок. Он ловко прикрепил письмо к лапке совы.
– Лети, исчадье, – велел он птице, и та, взмахнув крыльями, растворилась в звёздном небе за окном.
Они оба молча смотрели в темноту, куда исчезла сова, унося с собой её исповедь.
И в этой тишине что-то щёлкнуло.
Рейна обернулась к Альфарду и увидела, что он смотрит только на неё. Факелы отбрасывали длинные, пляшущие тени на его скулы, делая взгляд чересчур внимательным.
– Спасибо, – выдохнула она и попыталась пригладить непослушные волосы, которые выбились из-под шарфа и лезли в лицо.