Рейна проводила его движение хмурым взглядом. Этот негодяй едва не испортил причёску. Теперь она понимала Вальбургу. Одно дело, когда Роуэн толкался за пиршественным столом, но так протягивать свои лапы! К школьному старосте она не испытывала особых чувств, а потому не собиралась спускать ему это с рук, как её слизеринская подруга.
– Хорошо, – сухо ответила она.
– Вот и умница, – староста бессовестно щёлкнул её по носу и развернул к выходу, от чего Рейна совсем опешила. – Запишем тебя под вопросом.
– Ч-что ты себе…
Она обернулась – скривить ему презрительную рожицу, вот только Роуэна уже обступили другие пуффендуйцы.
***
За завтраком царило праздничное оживление, которое, увы, не коснулось Рейны. Она до последнего думала, может, сова с адресом всё-таки прилетит, пока она будет расправляться с блинчиками? Идея остаться в школе хоть и звучала гостеприимно, но привлекательной не казалась. Всё же, несмотря на семейные дрязги, Рейна любила родных.
После совиного нашествия студенты с разных факультетов перемешались, чтобы обменяться подарками с друзьями. Рейна поскорее затолкала в себя еду и покинула Большой зал.
Она отправилась бродить по школе, выбирая безлюдные места. Без необходимости натягивать улыбку было проще сосредоточиться. Как же ей поступить? Сердце ускоряло бег от теорий, что могло произойти с мамой и дядей. Почему они не прислали адрес для камина. Или не написали, что заберут её в Хогсмиде.
А ещё – почему мама не ответила на письмо, которое Рейна собственными руками оставила на столе. Не мог ведь дядя от ревности скрыть его? Вдобавок он убедил маму, что писать опасно. Такую тщеславную мысль подкрепляла реальность – дядя сам признался, как его это ранило. Это было наказание? Дядя никогда не наказывал её прежде. По крайней мере, осознанно.
Она услышала, что кто-то идёт, и невольно притормозила. Взгляд заметался в поисках укрытия, и Рейна уже шагнула к нише за статуей, но не успела.
– Рей, – мягко сказал Альфард ей со спины и заключил девушку в объятья. – Куда ты вечно убегаешь?
Рейна прикусила щеку изнутри, только бы не расплакаться от растущей в груди нежности, и посмотрела на него с самым несчастным видом на свете.
– Сегодня Рождество.
– Разве это повод для грусти, чудо? – искренне удивился Альфард.
– Поезд отбудет в одиннадцать, – последовало невозмутимое продолжение.
– Так, – он кивнул, нахмурившись.
– Трансгрессировать я не умею, а дядюшкина хижина не подключена к каминной сети.
– Ты успеваешь на поезд. Если хочешь, я попрошу родных подкинуть тебя с вокзала.
– Я не знаю, где находится эта проклятая хижина. Вокруг лес и… всё. Больше никаких ориентиров.
Она со злостью сжала кулаки. Ни мама, ни дядя не отправили ей ни единой весточки – а вдруг с ними что-то случилось?
– Спросим адрес у Эхо? – невесело усмехнулся юноша.
– Правда? А как? Это какое-то заклинание? Я бы… – Рейна, ободрённая надеждой, тут же притихла. – О, ты пошутил.
Она не подумала об уместности этой шутки. Скорее, почувствовала себя виноватой – её друг, должно быть, устал от бесконечных жалоб. Но Альфард был поразительно терпелив.
Друг…
Рейна неловко улыбнулась и отвела взгляд.
Слово откликнулось в ней самообманом. Она совсем забыла. Заигравшись в попытках найти ответ, она снова отступила назад, не обратила внимания на его объятья, забыла о поцелуях и нежных робких признаниях. Дружба – старые и привычные отношения. Впрочем, была ли это дружба? До определённого момента – да. Но они взрослели, и один без конца поддерживал другого, получая взамен… собственно, что получал Альфард?
– Прости, я не сдержался, – он притянул её к себе, и тело мгновенно подчинилось, без тени сомнений, отчаянно нуждаясь в этом утешении. Принятии. – Поехали к нам? Родители не будут против. А к ночи вместе отправимся на рождественский ужин к Малфоям. У тебя ведь куча платьев. Есть, из чего выбрать. Или сразу в ателье? Подшить успеют…
– Ал, – жалостливо позвала его Рейна.
– …если не провозишься слишком долго.
Чувствуя её нерешительность, Альфард с энтузиазмом собирал план на день по пунктам. И это сработало.
– Поехали, – смиренно прошептала она, уткнувшись носом в изгиб его шеи.
– Мы отправим сову твоим родным, и вы обязательно встретитесь в доме Малфоев, – раздался над ухом его вкрадчивый шёпот. – Всё будет хорошо.
От этих слов у Рейны болезненно сжалось сердце. Она до сих пор отказывалась верить, что так бывает.
– Скажи, что ты настоящий, – растерявшись, она прижалась сильнее. –Ты точно не приснился мне? Прекрасный плод моих фантазий.