- Леди Лу? Как вы? - забота и тепло в голосе лидера так тронули меня, что я снова зашмыгала носом. На голову опустилась узкая ладонь Тацу. Немного помедлив, он прижал мою голову к своей груди. - Не слушайте его. Вы - самое ценное, что у нас есть. Вы - женщина. Добрая, храбрая, - я затихла, переваривая комплимент. - Да, вы очень сильная и отважная девушка. Я не знаю, были ли те несчастные, что покинули нас, хоть в половину такими же удивительными, как вы. И никто и никогда не посмеет назвать вас таким гадким словом!
Он оглянулся, нашел глазами всех парней, принял их согласные кивки за согласие. Еще какое-то время он утешал меня, я нежилась в заботливых руках, слушала его сердце. Потом захотелось пить и в туалет. Смущенно ерзая, я вызвала у него закономерные подозрения. Не доверяя никому такую ценность, как я смущенно подумала, лидер увел меня в тот угол, где на стене висели три черных шланга.
На ощупь они были одеревеневшими, будто лианы в джунглях. Откуда я знаю про лианы? Да кто знает... Может была в джунглях, может читала о них. Тацу показал, как нужно наклонить побег, чтобы пошла вода. Я отчаянно краснела от стыда, когда под журчание воды делала мокрое дело. Вдруг за спиной послышался шелест и какой-то даже... хруст? Я испуганно обернулась, подозревая, что парни решили таки добить мафиози, пока Тацу меня водил в душ, но вместо мужчин я увидела алую стенку! Она укрыла меня и лианы от остальной части тыквы. Гладкая, будто из пластика, она стала полукругом, огораживая «ванную». Я с радостью отметила, что она соединилась со стеной вверху, а значит все звуки отсюда будут на порядок глуше, а то и вовсе неслышны. Я быстро вымылась, еще попила воды, и пошла вдоль стенки, с замиранием сердца ища выход. Ф-фух! Стенка была не цельной, был проход! Или только что образовался? Как странно! Будто «тыква» хочет угодить мне…
- Как это? Это вы сделали? - пораженно гладили стенку Бин и Дожин. Йоши тоже исследовал новую часть тыквы, даже оббежал ее, оценив, как плотно она закрывает "ванную". Его глаза были круглыми и полными искреннего восторга.
- Я не знаю, откуда она взялась! - совершенно честно призналась я. Мет и Тил тоже исследовали перегородку, блондин даже попытался ее сломать, отчего у меня внутри будто потянуло что-то. - Тил! Не надо... Ему больно... Кажется…
- Кому? - тихо спросил сзади Тацу. Я даже вздрогнула от неожиданности. Так тихо подошёл. - Простите. Не хотел вас пугать.
- Я... Все нормально. Просто вы так тихо ходите. Наверно потому что нет обуви... Когда Тили хотел сломать стенку, у меня здесь, - я приложила руку к груди, на сердце, - Будто потянуло. И вот снова... Мет! Не ломайте!
Мет и Тил уверили меня, что уже давно не трогают стенку. Я даже подошла сама, чтобы убедиться в этом. Стенка целая, парни послушно замерли. Что тогда это за чувство? По очереди подошла ко всем, коснулась рукой Мета, Тили, Донжина, Бина и Йоши. Тацу спокойно вытерпел мой порыв. Только тогда, осознав, что ощущение тяжести с ними не связано, повернулась в "угол" мафиози.
- Что за черт? - прошептал рядом Мет. Блондин мрачно хмыкнул. За время моего пребывания в ванной, наших разговоров, неведомый и весьма воинственный наш товарищ превратился в... куколку? Из него что, бабочка будет?! Наружу выходил только нос. мы осторожно подошли к свертку, я хотела было коснуться его, но Тацу не дал.
- Не стоит, госпожа Лу. Это может быть опасно. Мы не можем рисковать нашей единственной женщиной. Мет! - японец обернулся через плечо, ожидая, пока парень выйдет вперед. - Иди и попытайся его освободить. Если не сможешь, или же вещество будет слишком плотным - уйдешь.
Как же мне приятно было слышать, что обо мне так заботятся! Все то время, пока ребята ждали действий Мета, я, осознавая, что веду себя как подросток, едва не лопалась от радости и гордости, что я их ценная женщина. На Тацу я смотрела с тайной симпатией, сердце стучало часто-часто, я все поправляла и поправляла волосы на груди, разглаживая ало-золотые прядки, втайне гордясь своей фигурой, длинными ногами, покружилась, оценив, как мило за мной летают волосы. И длинные такие! До колен... От эйфории, затопившей сознание, даже стала напевать что-то.