- Кокон ушел в пол... - тихо сказал он.
Медленно и опасливо мы подошли к стенке. Груда была в форме человека. И она действительно уходила в пол. Это было жутко, просто невероятно жутко! Я вцепилась в руки Бина и Донжина, дыхание перехватило, меня с головой захватило чувство страха. Если... Если эта тыква всех нас... съест?
- М-мама... - ноги подкосились, и я села на пол. - Оно его... ест?
- Да. Прости, принцесса. Мы не хотели, чтобы ты видела. Но вы вернулись раньше. - сказал Тил. В глазах сожаление и ревность. И… жалость? Кого он жалеет?
- Так вы знали? - поразилась я. - Ну что мы...
- Да. Я приказал отвлечь вас. - прибил меня словами Тацу.
- Что теперь будет, Тацу? - мне было так страшно, что я готова была на стены лезть. Но вместо этого обняла Мета, а потом и Тила. Их сильные руки будто закрывали меня от ужаса реальности. Оба с радостью прижались ко мне, по голове погладили как маленькую.
- Не знаю. Но у меня есть кое-какие мысли на этот счет. Лу… Скажите, вы ощутили ту тяжесть в груди перед тем, как он, - кивнул наш лидер на «груду», - исчез?
- Вроде бы… И что это значит?
- Я думаю, что это место… Эта комната реагирует на вас!
- А?
Глава 2. Связь
Глава 2. Связь
Глава 2. Связь
- Стенка появилась после того, как вы подошли к тем побегам. – Тацу подошел ко мне, указал рукой на пол, присел, мы за ним тоже опустились вниз. – Я ни в чем вас не обвиняю, вы не виноваты в том, что эта комната каким-то образом реагирует на вас и ваши эмоции. Но мы все теперь зависимы от вашего настроения, понимаете?
- Н-ну… возможно вы и правы… - нехотя согласилась я. А сама лихорадочно думала, признаваться ли мужчинам в своём «сумасшествии» или нет. Осуждения на лицах действительно не было, но Йоши уже вместо симпатии и интереса излучает страх и опаску, Кента сел так, чтобы броситься на меня или Тила с Метом, если те вдруг вздумают меня защищать. Мои милашки, Бин и Донжин, растерялись, переводят испуганные глаза с меня на Тацу. Я улыбнулась им и дотянулась до руки Донжина. Успокойся, милый, я никому вас не дам обидеть! Тонкие пальчики доверчиво легли в ладонь.
- Госпожа Лу, вы не могли бы спросить у комнаты, что она от нас хочет? – голосом лидера можно было резать бетон, до того он был острым и холодным! Я не рискнула поднять на него глаза. Такая резкая перемена после его уверений, что я ценность для всех них…
- Вы думаете, что она разумна?! – рассмеялся Тил. Но веселье потухло, будто и не было его, когда у ног Тацу появился алый полип, который стал быстро расти. Он сделал рывок, оплел мужчине шею и повалил того на пол, тут же жадно чмокнувший, предвкушающе и страшно.
- А-а-а! – закричала я и кинулась рвать полип руками. Тил и Мет помогали, попутно стараясь оттащить меня от опасной дряни, как метко ее окрестил викинг. – Пусти! Пусти его! Слышишь?
Кента двумя руками пережимал стебель, потом еще и ногами его сжал. Я бы может и оценила упругие ягодицы мужчины, которые сжались с сумасшедшей силой и маячили как раз у моего лица, но в этот момент я царапала щупальце ногтями и даже стала его жевать! Мет и Тил уговаривали меня отпустить смертоносный побег, но я упрямо тянула его на себя. Тацу стал синеть, глаза налились кровью, из носа потекла алая струйка… Я отпустила побег и стала просто бить руками пол. Я была так зла на эту жестокую тюрьму! Она отнимала у меня самое дорогое… И пусть он об этом никогда не узнает, но он должен жить. Я хочу видеть его, знать, что есть сильный, умный мужчина, на которого всегда можно положиться… Рыдала и всхлипывала я долго, проклиная в перерывах между икотой и сморканиями чертову штуку, в которой мы все застряли.
И наверно не встала бы, испытав такой стресс, но тут вдруг ощутила знакомые сильные руки на своей голове. Тацу?! Вскочила так резко, что японец даже назад отшатнулся. А я посмотрела на темную полоску на его шее, и слезы сами хлынули из глаз.
- Оно… ушло? – прохрипела я. Тацу кивнул и скривился. Наверно больно. Он так близко, только руку протяни… Осторожно коснулась кончиками пальцев его шеи. – Это все я?! Он… оно из-за меня так тебя… Прости, Тацу! Прости меня-а-а!
Мужчина молчал. Также молча он обнял меня, погладил по волосам, а потом медленно отпустил. Я разочарованно смотрела как он склоняется снова в той позе прошения.
- Прошу прощения за свой тон, госпожа!
Я молчала, утирала слезы, руки дрожали, тряслись и губы. Ничего не понимая, искала хоть какую-то подсказку на лицах спутников, но они угрюмо молчали. Тил и Мет смотрели серьезно, но без укора, что немного примирило меня с бредовостью ситуации. Что мне делать? Сказать, что все хорошо, я не обижаюсь? А достаточно ли слов для того, чтобы обезопасить себя и их от «тыквы»?