— Ну, малыш, держись. Не знаю как все остальное, но застолье будет грандиозным, обещаю! — Энья счастливо улыбается.
Нагрузив корзинки продуктами, с жалостью покидаю обитель вкусностей. Нет, ну правда, я бы там жила!
Так как мужчин нет, занимаемся экспериментами. Энья в ступке размельчает кофейные зерна. Света возится с чайными листами, я же готовлю майонез. Сейчас от этого соуса зависит все застолье, почти все…
— Что вы хотите приготовить? — краснея, спрашивает Эн.
— Оливье и сельдь под шубой в первую очередь, — отзывается Света, — салаты такие.
— Если майонез получиться, сегодня приготовим по немногу салатов, на пробу. Энья должна оценить, вдруг не понравится.
На том и порешили.
К всеобщей радости соус вышел первоклассным! Заставив девчонок делать заготовки, решаю, чем заменить селедку. Рыбы много, в основном копченой.
— Соленой рыбки ни грамма? — на всякий случай уточняю.
— Нет.
— Ладно, делаем так, но с соленой вкуснее намного.
— Есть свежая, если сегодня засолим, она успеет настояться, — выходит из положения Энья.
Умничка девочка. Так и сделаем. Салаты приготовили быстро, решив дать им настояться до ужина, переключились на дальнейшие обсуждения.
— Большой зал декорируем цветами, какие найдем. Эн, у тебя имеются ленты, может ткань красивая?
Кивает. Бежит в комнату, тащит все добро в низ. Ого, все-то у нее есть.
— Вау, тканью можно украсить камин и лестничные перила. Шторы обвязать лентами.
— Еще есть праздничная скатерть, можно положить ковры, повесить гобелены, — с азартом подключается Энья.
— Шик! Зажечь море свечей, только почистить канделябры надо бы, — недовольно смотрю на покрытые парафином подсвечники. — Что с музыкой?
— В поселке есть отличный волынщик, он сыграет.
Мда-а. Я, конечно, не слышала, как играют на волынке, но почему-то мне кажется, будет нудно. Но что поделать. Главное Энью устраивает.
Остаток дня проводим, гуляя по саду, нудимся короче. Таки скучно без мужчин. Тут меня посещает шальная идея.
— Говорите до завтрашнего дня мы одни?
— Угу, — вздыхает Света.
— Устроим девичник? Чего салатикам зря пропадать?
— Девичник? — переспрашивает Эн.
— Ага, только девочки, еда и виски! Дадим себе волю, напьемся, оторвемся, пойдем голышом купаться! — разошлась я.
— Давайте! Никогда не была на девичнике, — радуется Энья.
За считанные минуты накрываем стол, нагло «ограбив» рыбно-мясные запасы Лордов. И понеслась! Поначалу все чинно, невинно, Эн пробует салаты, рассыпаясь в похвалах. Я трескаю икру. Светка мясо. Дружно запивая виски. Хмелеем. Пошли танцы на столе, песни во все горло. Изрядно опьяневшая Эн прыгает вокруг стола, размахивая платьем, пытается подпевать нам. Светка скачет рядом с ней, сжимая стакан с виски. А я же звезда! На столе, истошно ору: «О Боже, какой мужчина! Я хочу от тебя сына…!», прихлебывая огненную жидкость прямо из бутылки. Увлекаюсь настолько, даже не замечая повисшей тишины, никто не подпевает. Прекращаю крутить задом, махать подолом платья с возмущением оборачиваюсь.
— Девчонки, ну вы чего… — застываю на месте.
Напротив меня стоит Рен, скрестив руки на груди. За ним Дирк, обнимающий краснющих Светку и Энью, сам же еле сдерживает смех.
— О, а че вы тут делаете? — невинно хлопаю глазами.
Дирк начинает ржать.
— Мы тут живем, если Вы забыли, — сдержанно отвечает Рен.
— Мальчики, так нечестно, у нас девичник, — возмущаюсь.
— Напиться в хлам — это называется девичник?
— Один из его пунктиков, — хочу еще что-то сказать, но отвлекает Энья.
Ляпнув что-то невнятное, стала оседать. Дирк подхватил сестру.
— Все нормально, она заснула, отнесу в комнату, — обратился он к старшему брату, унося малышку.
Светка поплелась за ним. Мы одни в зале. Я по-прежнему на столе.
— Леди не желает слезть со стола?
— Желает, — если сможет, мелькает в голове.
Спускаюсь вполне удачно. Делаю большой глоток виски. Рен поднимает бровь.
— Может достаточно?
— Лорд, я сама буду решать, достаточно или нет! Вы обломали нам праздник. А мы, между прочим, заслужили отдохнуть и оттянуться.
— Оттянутся?
— Именно. Вот вы, например, как оттягиваетесь? Пьете это дерьмо, трахаете баб? А мы просто пьем, ну песни поем, ничего плохого в этом нет!
— Вас шатает.
— И что? Может у меня шок от перемещения во времени, мне нужно напиться.
— Ваше право.
Раз возражений не имеется сделала еще глоток и принялась за уборку. Надо же, большой Лорд мне помогает.
— Кстати, попробуйте салаты, — засовываю ложку оливье ему в рот.
Подождав, как прожует, отправляю ложку «селедки под шубой», радуясь как дитя, что он позволяет себя кормить.
— Первое мне понравилось больше. Чем приправлены блюда?
— Майонезом, соус такой.
— У нас такого нет.
— Знаю, сама приготовила.
Ну, хвалите меня, хвалите! Он молча смотрит. Пффф… Оставляю блюда, беру бутылку, выхожу.
— Леди, комнаты в другой стороне, — слышу вслед.
Шутник фигов. Итак, последний пунктик: искупаться голышом. Будучи в той кондиции когда «а мене все пофиг», снимаю платье, белье, ныряю. Немного поплавав, возвращаюсь на берег, беру бутылку, возвращаюсь в воду, сажусь на дно, хлебаю виски, любуюсь луной.
— Опасно пить в воде, — усмехаюсь, слыша голос Рена.
— Давно наблюдаете?
— Достаточно давно.
Ну и пусть смотрит, я не Лилис, привлечь нечем. Разве что сиськами.
— Надеюсь, это завершающая часть Вашего девичника. Я устал, хочу спать.
— Не держу Вас, Лорд.
— Еще как держите, не хочу нести ответственность, если с Вами пьяной что-то случится.
Фыркаю.
— Я собираюсь встретить рассвет, — вру.
— С меня достаточно, — рычит он.
Выдергивает меня из воды, забрасывает на плече. Голую! Несет в замок.
— Эй, отпусти, я раздетая, мои вещи!
Шлепок по заднице.
— Не ори.
На лестнице Рен опускает меня на ноги.
— Ты отдаешь себе отчет, что я голая!
— Знаю. Иди в комнату.
— Ты издеваешься? Темно! Мог бы донести, раз уже начал.
На этот раз он поднимает меня, подхватывает под попку, обвиваю его ногами и руками. Его руки на моей голой заднице, всем своим телом прижимаюсь к его мускулистой обнаженной груди. Вот что значит мужчина не хочет меня. Даже не пытается воспользоваться ситуацией, когда пьяная голая женщина висит на нем. Ну да, я же не Лилис с идеальной фигурой. Вздыхаю. Рен останавливается.
— Тебе плохо?
— Да, то есть нет. Я нормально себя чувствую.
— Уверена? — гладит меня по спине.
Уже нет. Понимаю, что на пределе. Хочу его!
— Да, — еле слышно отвечаю.
Наконец моя комната, Рен укладывает в постель, укрывает, но не торопится уходить. Мы смотрим друг на друга. Он качает головой.
— Красивых девочек портит алкоголь.
— Считаешь меня красивой? Или испорченной? — мои глаза закрываются.
— Хочу тебя испорченную, в своей постели, — шепчет он, его губы касаются моих.
Жаль, что это сон всего лишь сон.