— Не бросай меня, — сипло молила его. Глухая темнота вселила ощущение жуткой беззащитности.
По всему кораблю раздался грубый голос Лоса.
— Внимание, мы вошли в магнитное поле планеты-гиганта Орнон, всем занять свои позиции, мы должны выйти из поля невредимыми!
Норо осторожно посадил Талу на прохладный пол, она стала ладонями гладить шероховатости покрытия.
— Не уходи! — Уцепилась за большую ладонь тенебрисианца.
— Я за тобой вернусь, — прошептал на своем языке, так хотелось прикоснуться к губам, но вместо этого, Норо мягко провел пальцем по щеке. Услышав удаляющиеся шаги, Тала стала ловить руками воздух, словно пыталась ухватиться за жизнь. Голова начала кружиться, захотелось лечь. Металлический скрежет сопровождался мощными вибрациями. Корабль шел очень медленно. Планета-гигант Орнон оказывала сильное влияние на тех, кто приближался к ней. Мощные излучения сдавливали, крутили, даже выводили технику из строя. Время в этих полях идет задом наперед, поэтому можно воочию увидеть прошлое, а то и прошлую жизнь. Возникает явление миража.
Тала вновь и вновь терла глаза, пока воображение не начало играть с ней злую шутку. Она увидела комнату, обвешанную легким шифоном. Плавные движения тканей делали пространство воздушным, откуда-то сверху опускался молочный туман. Тала будто видела каким-то внутренним взором, попыталась сделать шаг, еще шаг. Неожиданно перед ней возникла постель, смятая, белоснежная, от нее исходил жар, Тала облизала пересохшие губы. Изящная спинка постели так знакома. Яркими вспышками начали проноситься воспоминания о ночи, утре, сладостных днях проведенных кое с кем из…прошлой…жизни. Тала чуть не задохнулась от увиденного, перед ней предстал ОН, тот из-за кого прекрасная, жительница Срединной планеты попала на Пеккатум. Горькая боль начала царапать черное сердце, ненависть наполнила вены. Когда-то эта ненависть была страстной любовью. ОН смотрел пристальным туманным взглядом, потом плавно лег на кровать. Тала не отрываясь рассматривала чудесные глаза, живое лицо. В одно мгновение лицо стало бледнеть, на груди расползалось жуткое кровавое пятно. Алый цвет кричал на белых простынях. От ужаса Тала хотела отвернуться, но тут увидела на своих руках кровь, липкую и горячую. ОН улыбался какой-то неестественной улыбкой в то время, как на руках пеккатуманки появлялось все больше крови, звучно капающей на пол. Обилие алого заставляло судорожно всхлипывать, закрывать глаза, только бы не видеть этот ужасный дерзкий цвет. Тала медленно подняла глаза на мужчину из своей прошлой жизни, воспоминания с болью возникали все сильнее. С другой стороны постели подошла статная высокая женщина в коротенькой сорочке, нежно обнимающей стройное тело. Ее прелестное лицо в обрамлении пышных каштановых волос очень знакомо, так знакомо, что хотелось изуродовать эту гармоничную красоту. Женщина не смотрела на Талу, она плавно села на кровать и легла рядом с любимым, по-хозяйски обняв его одной ногой. Свет погас, заставив пеккатуманку вздрогнуть, в этот момент возникло ощущение третьей лишней. Мягкий шорох простыней, томное дыхание, все это напоминало Тале ту жуткую боль, которая сорвала все потаенные двери, выпустила всех самых темных демонов. В ладони пеккатуманка почувствовала холод металла, это был нож. В голове ехидный голосок пропел «Ты не нужна ему! Видишь? Он ласкает другую!». И Тала с неистовой жестокостью, доведенная до беспамятства, начала наносить удары.
Норо включал один двигатель за другим, корабль медленно удалялся от магнитных полей Орнона. Лос, плотно сжав губы, смотрел на дисплей, он не проронил ни слова, только действовал. В такой напряженной атмосфере работать было сложно, Норо чувствовал свою вину, столько времени отдано службе, безукоризненной, отличной. И тут из-за какой-то грешницы с далекой, захолустной планетки он готов взорвать весь космос, разнести всех и вся, только защитить ее. На глаза нашла серая пелена, тенебрисианец проморгался, пелена снова возникла. Тогда пришлось ненадолго прикрыть глаза.
— На тебя действует эта дрянная планета, — с металлом в голосе рявкнул Лос, задавая нужное направление.
— Не беда, справлюсь, — на тон тише ответил Норо.
— Сейчас будь осторожен. Реальность смешается с твоей прошлой жизнью. Ты можешь увидеть самый яркий момент своего прошлого.
Лос знал, о чем говорил, сам не раз просматривал миражи, пролетая рядом такими космическими объектами, их называют планетами навязчивых воспоминаний. Действительно, голова закружилась, тенебрисианец продолжал с силой удерживать штурвал, но сознание его перевернуло все с ног на голову. Он лежит на кровати в полутьме, а его тело ласкают чьи-то пальчики, так мягко, искусно, хочется просить еще. Норо наощупь дотрагивается до плечика своей возлюбленной. Ощущение запретного только распаляет жар, а она уже дарит полный желания поцелуй и начинаешь забываться в невероятно приятных ощущениях, но рядом есть кто-то еще. Норо чувствует на себе тяжелый взгляд, слышит тихие шаги, а краем глаза видит коварный блеск металла. Сумрак рисует женский силуэт, делая его устрашающе торжественным с оружием в руках. Один сильный взмах и Норо стискивает зубы от разрывающей боли, последнее, что он услышал «И в следующей жизни я сделаю тоже самое!» Тенебрисианец закричал, но штурвал не отпустил, Лос только ухмыльнулся.