— Я попрошу, чтобы ей оказали помощь, но ваш визит на нашу планету будет последним. Мы поможем вам, как вы когда-то спасли нас, подарим почтение и тепло. Но вы не имели никакого права издеваться над живым существом, держать ее в клетке. Подумайте над моими словами. И еще, Дитя космоса ничем не поможет Тенебрису, вы посягнули на святыню и заплатите за это.
Как в подтверждение его слов, стены корабля со скрежетом вздрогнули, послышался грохот, а потом все стихло. В отсек заглянул один из тенебрисианцев.
— Командир, она просыпается! Дитя космоса просыпается!
Лос нахмурился.
— Будьте там, выставьте энергетические щиты. Вселенская пропасть, быть такого не может!
Старейшина кивнул с осознанием.
— Хранитель близко, Дитя чувствует своего хранителя.
Адриан проклял себя всеми словами, ведя Норо к лекарям. Тот непреклонно шел вперед, прокручивая в голове встречу с Хаганом. Почему-то все существо говорило о том, что именно Хаган имеет отношение к исчезновению Талы. Вокруг все веселились, девушки строили глазки, хихикали. Норо вновь невольно вспомнил Аниль. Где она? Здесь все напоминало о ней и о той страсти, разгоревшейся прямо на горячем песке когда-то под звездным небом.
— Норо, Адриан, где вас носит? Командир всех собирает на корабле! — Дарад махнул рукой, зазывая тенебрисианцев. Адриан с облегчением выдохнул, а Норо выругался.
Лос сообщил о том, что нужно усилить охрану Дитя космоса, назначил ответственных, еще стало известно, что двигатель корабля оказался сильно поврежден, поэтому времени на ремонт уйдет не мало, в случае атаки воины Тенебриса смогут использовать одноместные звездолеты, оборудованные всем боевым арсеналом. Адриан внимательно смотрел на командира, а Норо краем глаза искал Хагана, которого среди всех не оказалось, это настораживало.
— Адриан, если тебе на глаза попадется Хаган, сообщи мне.
— Хаган? Это тот, который сознание потерял? Как такого слабака в наши ряды взяли?
Норо оставался невозмутим.
— Ты меня услышал?
— Услышал. А ты послушай меня, вместо того, чтобы таскаться к этой пеккатуманке, лучше заведи себе горячую аквианку.
Норо изменился в лице, Адриан сразу понял, что молчание имеет прекрасное свойство избавлять от неприятностей.
Тала долго бродила по каким-то лабиринтам, находясь в забытии, но ее выдернули из этого состояния, подсунув под нос какое-то пахучее вещество. Она стала чихать и схватилась за горло, так как разобрал сильный кашель. Перед ней сидела рыжая незнакомка с прямой спиной и ледяным выражением лица. Захотелось прогнать ее, но слабость не позволяла делать резкие движения. Тала зажмурилась, а незнакомка сделала глоток из флакончика. Обе находились в маленьком уютном бунгало, пропахшем сильными ароматами лекарственных растений. Только сейчас пеккатуманке удалось четче разглядеть мягкие черты незнакомки, ее широкие брови и припухшие коралловые губы, родинку на подбородке, конечно, черную звезду. Почему у нее такая же звезда, как у Норо? Рыжая сделала глоток из флакончика, сморщилась, как от горькой микстуры.
— Терпеть не могу ваш грязный язык!
— Тогда молчи, — тихо ответила Тала.
— Нет, молчать я не буду точно! — Ее тон нарастал.
— Тогда не жалуйся.
— Тала, ты хотела сбежать, — незнакомка прошипела с ненавистью.
— Я никому не верю, у меня свои правила, а твои инструменты мне не пригодились.
— Думаешь, тебя тут кто-то спасет кроме нас? Ты никому не нужна, тебя подлечат, а потом отправят гнить на Пеккатум.
— Стой, откуда ты знаешь о моем побеге? — Изо всех сил, пеккатуманка попыталась привстать.
— Тут везде наши глаза, ты еще не представляешь, во что ввязалась.
Рядом с Рыжей встал крепкий Хаган, он беспристрастно окинул Талу взглядом.
— Слушай сюда, от тебя должна быть польза. Ты должна работать на меня, иначе Лорд тебя не пощадит. Ты же хочешь свободу? Тогда сделаешь все, чтобы Дитя космоса была у нас. Я принес тебе план корабля, там отметил точку, где находится наша добыча. Мне туда соваться не стоит, а ты с твоими умениями сможешь претворить план в действие. Аниль, будь ее тенью, — с такими словами Хаган вышел, он хотел, чтобы пеккатуманка сделала всю грязную работу за него, а он и получит хороший куш и останется чист. Тала вновь почувствовала себя слабой, тут же вспомнились свои же слова.
— Слабаки не имеют права на счастье, — прошептала, отвернувшись.
— Есть ли вообще это счастье, — усмехнулась Аниль, — как только сможешь ходить, действуешь по плану, расскажу тебе все по-порядку. Попробуй только сделать шаг в сторону.