— Я должен все ей сказать, она думает, что наша близость с Аниль правда! Если Тала будет уходить, мне нужно проститься с ней! Нет, не хочу отпускать ее, — Норо стал бродить по комнате, желая разнести все в пух и прах, потом приблизился к Пауку.
— Чего ты от меня хочешь?
— Звездолет, мне нужен твой звездолет! — Прорычал Эль Гаро.
— Ты уверен, что найдешь ее там? Это тебе не планета — курорт! Пеккатум опасен, там не жалуют гостей. Ну, только маги из других измерений умудряются искать там артефакты для своих обрядов. Планета огромна, Талу тебе не найти!
— Найду, не переживай! Дай мне звездолет!
Пират увидел мольбу, смешанную с растерянностью и желанием разрушить любые препятствия.
— Ты готов на все ради пеккатуманки!
— Да! — Рявкнул Эль Гаро, готовый испепелить взглядом.
— Ладно, идем за мной..
Райские планеты, казалось, были спрятаны в самых дальних уголках Вселенной. Они горели невероятными цветами, похожими на желтый, бирюзовый, малиновый, только еще ярче. Планеты напоминали хрустальные шары, излучающие чистый свет. Этот свет залил всю кабину звездолета. Роуэн прикрыл глаза рукой, они все никак не могли привыкнуть, Нэру спокойно смотрела вперед, только в глазах загорелись огоньки надежды. Жемчужная богиня улыбнулась, посмотрев на своего хранителя, она чувствовала дом. Вот только Роуэн ощущал себя не очень хорошо, в теле появлялся жар. Кларос переливалась ярче всех, она была самой большой, похожей на радужное солнце. Пеккатуманец ненароком решил, что вот-вот ослепнет. Звездолет пару раз хорошенько тряхнуло, значит, удалось войти в поле планеты. Нэру уже не терпелось вернуться домой, она и думать забыла о том странном поцелуе, только лепетала, смеялась, трогала Ро за руку, удивляясь, почему он так недоволен. Только он ничего не забыл, в том числе и свой непростой путь. Не верилось, что все наконец закончилось и Дитя космоса теперь будет в безопасности.
— Держись, Нэру, мы у тебя дома, — резко захватило дух, живот свело, а на глазах появились слезы. Каким же потрясающим был его путь! Как он вырос! И теперь остается переродиться… забыв все это. Захотелось кричать, цепляться за жизнь, ведь опыт был хоть и сложный, но очень запоминающийся. Роуэн посмотрел на счастливое личико Нэру и сам ощутил потаенное тепло где-то в душе. Наконец они прибыли. Здесь все окутано невероятными шлейфами света, вверху, внизу везде этот восхитительный свет. Пеккатуманец даже побоялся выходить, но жемчужная богиня с радостью вышла и пропала где-то в ярком пространстве.
— Эй! Ты где? — Ро принялся искать ее, вдруг сзади кто-то обнял его тонкими ручками, это была она. Красавица ухватила хранителя за руку, и они побежали в искрящуюся неизвестность, наполненную далекими мелодиями и высокими вибрациями, порождающими мурашки в теле. Наконец появилось нечто огромное, на столько внушительное, что оба ахнули, чувствуя себя мелкими песчинками. Перед ними распростер лепестки гигантский цветок, переливающийся нежно-фиолетовым. Из него стали выходить туманные фигуры, они плыли к гостям, исполняя какую-то песню дивными голосами. Роуэн прикрыл богиню собой, только в его голове прозвучало.
— Не бойся, мы ждали вас.
Кларосианцы оказались на столько прекрасны в нежных одеяниях, обладающие идеальными чертами лица, что было трудно поверить в их реальность. Нэру счастливая побежала к ним. Ро наблюдал встречу семьи, на столько тепло Нэру приняли здесь.
— Я привез Дитя космоса, — сказал он, понимая, что теперь все кончилось.
К нему приблизилась высокая кларосианка с большими переливающимися глазами, кожу украшали витиеватые золотые узоры. Ро с восхищением смотрел на нее. Женщина была одета в длинное белоснежное платье с серебряными узорами в виде ромбов. Она поклонилась пеккатуманцу с доброжелательной улыбкой.
— Тебе удалось пройти очень большой путь и вернуть нам Дитя космоса. Теперь Дитя будет служить на благо Вселенной. Ты получишь прекрасную судьбу при перерождении.
Роуэн поблагодарил, но уже точно осознал, что не хочет терять свой нынешний жизненный опыт, даже Талу не хочет забывать. Он еще раз посмотрел на прекрасную Нэру.
— Прощай, теперь ты будешь жить здесь.
Нэру ласково обняла его, теперь от нее исходила светлая сила, у парня мурашки по спине побежали. Богиня взяла его руку и осторожным прикосновением убрала знак хранителя, в ее глазах сверкнуло еще что-то, заставившее Ро замереть. В ее глазах были чувства.
— Я всегда буду любить тебя.
Эти слова отчетливо прозвучали в голове пеккатуманца, он был поражен. Пришло время уходить, от этого на душе стало грустно, только ничего не поделаешь. Здесь Нэру самое место. Кларосианцы тепло обняли жемчужную богиню и повели за собой, а она искрилась от радости, легко отпуская того, в кого влюбилась. Пеккатуманец сглотнул соленый ком, подкативший неожиданно. Снова нужно отпустить. Сначала Далера, теперь ее. Может быть это тоже какой-то урок? Он еще постоял какое-то время, выискивая в светлом пространстве Дитя в окружении Кларосианцев, только они уже исчезли. Пора и ему уходить. Уже в звездолете перед ним возникло туманное лицо надзирателя.