В темном здании архива светили два окна на третьем этаже. Там, в мастерской, где на рабочем столе распласталась очередная книга с желтыми страницами, освещенная бережным светом низких ламп, сидел у компьютера хранитель древних знаний кхер хеб Джахи, потомок рода истинных пуруджи Халима Джахи, прижимал к уху мобильник, слушая длинные гудки. Сбрасывал и набирал номер снова, постукивая по столу нетерпеливыми смуглыми пальцами.
Глава 13
Утром сердитая Шанелька сидела в кухоньке, мешала ложечкой горячий кофе и пыталась соображать. Все прочитанные книги оказались неправильными в очень простом и одновременно важном: в них все замечательно было увязано, сцеплено в сюжет и если даже какое-то ружьишко болталось забытое на стене, то автор изворачивался, чтобы дать ему выстрелить. Не превращая его в спрятанный в кустах рояль и не вызывая «бога из машины». Если, конечно, это был хороший автор. Но вот сама Шанелька попала во вполне реальные приключения и что же она имеет? А то, что в голове перепуталось абсолютно все. От имен до времени действия и всяких указаний, как действовать дальше. За последние двое суток на бедную шанелькину голову свалилось столько нового, что половину она благополучно забыла сразу, путая родственные связи, имена и время обстоятельств. А еще часть намеренно выкинула из головы, чтоб сосредоточиться на работе. Теперь она сидит в одиночестве, в наступившем уже завтра и решает, что делать. Крис написала — не говори Джахи. О чем? О том, что ее нет? Так он в курсе. О том, что она объявилась и написала Шанельке? Допустим. Или же о том, что он коварно вывез их из Геруды, бросил в лагере туарегов, обманув с ящиками? Сама Шанелька пошла бы прямо сейчас, топнула ногой, хмуря брови и потребовала ответа, почему? Зачем? Но если Крис уехала сама и теперь еще предупреждает, получается, лучше не спрашивать. Значит, привести себя в порядок, и окопаться в хранилище, как ни в чем ни бывало? Вряд ли Джахи поверит, что Шанелька совсем успокоилась и не волнуется о судьбе подруги.
Она отпила глоток и поставила чашку. Внезапно стало нехорошо от пришедшей в голову неприятной мысли (тоже простой) — а вдруг это все связано с тем, что она похитила конвертик из тайника в бюваре? В тех же книгах тыщу раз читала она: кажущаяся мелочь приводит к глобальным последствиям…
— Нет, — сказала себе Шанелька, поспешно допивая кофе, — еще и это. Нет-нет.
И правда, куда уж, к туарегам, архивам, воплям Лаки о пурушиках, поклонам озабоченного Джахи и внезапному явлению в лагере Асама, добавлять еще и историю с похищением важного документа… Ее голова не выдержит такого. То есть, ладно, пусть эта история добавляется. Сама. А Шанелька пока что не станет думать еще и об этом.
— Ладно… — она прошла в коридор, где висело большое зеркало, приблизила к сумрачному стеклу серьезное лицо. Быстро привела себя в порядок, покусала губы.
Итак… Буду действовать пошагово, решила, выходя на крыльцо и жмурясь от солнечных радуг в веерах мелких капель. Шаг первый — поздороваться с хебом и послушать, что скажет он сам.
Капли срывались с листьев, трогали скулы и локти, отмечая касания слабой щекоткой. Шуршали подошвы сандалий по плиткам дорожки. Еще фестиваль, вспомнила Шанелька, подходя к высокой двери архива, а почти забыла. Жалко, что все так закрутилось, а можно было бы отправиться вечером в город, погулять среди туристов, глазея на всякие развлечения. Встретиться с неугомонной Лаки, если получится оторвать ее от очередного пурушика.
Шаг второй, — Шанелька с усилием открыла тяжелую дверь и прислушалась к полной тишине большого здания, такой, будто все на каникулах. Или ушли на фронт, фыркнула мысленно, вспоминая дежурную домашнюю поговорку. Второй… — поработать несколько часов, дожидаясь весточки от Крис. В конце-концов, чего разводить панику, она ведь написала. Назначу контрольное время, решала Шанелька, поднимаясь по узкой лестничке, что вела на второй этаж, где кабинет Джахи и дальше — хранилище, допустим, три часа работы. И после этого, если Крис не позвонит, пристану к хебу. С ножом к его пуруджийскому горлу. А дальше — по обстоятельствам.
Она постучала костяшками пальцев в дверь кабинета. Прислушалась. Постучала снова и толкнула створку. Светлая мастерская, с огромным столом под рамой с лампами, была пуста. Темнел на угловом столике отключенный монитор. Потрескивали потолочные лампы. Шанелька покашляла в сторону входа в другую комнату — там, она видела, высились книжные полки и стеллажи с бумагами, которые находились в процессе реставрации. Подойдя, заглянула. Прятаться там было негде — квадратное помещение с узким столиком у окна и открытые шкафы во все стены.