Занятия с бароном Тюльпан оказались на удивление увлекательными. Он не выказывал ни снисходительности, ни высокомерия, и готов был отвечать на любые вопросы и повторять столько раз, сколько это требовалось его ученице. А для Глориозы сложно было решительно всё. Вынужденная прятаться в Санктусе, она умела только читать и совсем немного считать, не разбиралась ни в политике, ни в музыке, ни в искусстве. Её и танцевать-то учила «Глориона». Но барон ни единым движением брови не показывал, что виконтесса не имеет ни малейшего представления об элементарных вещах, известных любому ребёнку Флорендии. За три дня он, конечно, не так много успел ей рассказать, но кое-что всё же сумел донести. Вечером перед днём свидания Глориоза предупредила его, что на следующий будет занята, и барон только коротко ответил, что знает, а потому придёт только через день.
«Невеста знает, но не станет мешать? — думала виконтесса, закрывая за ним дверь своего кабинета. — Или, наоборот, станет? Что мне делать, если мы вдруг с ней столкнёмся? Надо разузнать слухи о доме Орхидея…» Поток её мыслей был прерван дворецким, который принёс большую коробку и коробку поменьше.
— Подарок от его высочества, — произнёс он, вручая их ей.
— Подарок? — озадаченно переспросила Глориоза.
— Платье для фестиваля, — отозвался дворецкий.
Глориоза покраснела. О её предстоящем свидании, которое, как она думала, должно было быть тайным, знали буквально все. Но что больше всего удивляло, никто не проявлял и толики осуждения, хотя казалось бы — она позарилась на самого кронпринца, который уже был помолвлен. Виконтесса была уверена, что по нему вздыхала добрая половина дворянок, а кто не вздыхал — беззастенчиво сох. Она не могла не признавать, что никогда ещё ей не доводилось видеть кого-то, чья внешность была столь совершенной, что он казался сошедшим с небес божеством. Впрочем — эту мысль Глориоза раздражённо отбросила — кронпринцесса ему не уступала.
Когда кронпринц прибыл за Глориозой на собственном вычурном экипаже, он ласково улыбнулся, встретив её на крыльце. Но по пути к карете почему-то помрачнел, и виконтесса тут же подумала, что это как-то связано с ней.
— Что-то не так, ваше высочество? — осторожно спросила она.
— Ну что ты? — он улыбнулся. — С нашей с тобой прогулкой всё в порядке. Мы сейчас отправимся на фестиваль цветов, погуляем там немного, а потом пообедаем. Полагаю, твой гардероб несколько… хм… скуден, так что потом отправимся в салон, где я закажу для тебя несколько платьев.
— Я… Мне… — залепетала Глориоза.
— Я хочу это сделать, — надавил его высочество. — Ты будешь появляться на приёмах в императорском дворце, и я хочу танцевать с тобой на них. А вот чего я не хочу, так это чтобы ты чувствовала себя неуютно из-за своей одежды. Так что не спорь.
— Хорошо, ваше высочество, — виконтесса опустила голову, но через мгновение снова заглянула в его глаза. Его взгляд был где-то далеко. — И всё же ваши мысли где-то не здесь.
— Извини, — он встряхнул головой. — Пограничная стычка с Дракераном. Дом Орхидея на военном положении, всадники грифонов полетели разбираться. Я немного волнуюсь за Венетту — всё же она их командир.
«Опять кронпринцесса! — возмущённо подумала Глориоза. — Но её отсутствие даже хорошо — нам никто не помешает… Разве что она всё равно занимает его мысли…»
— Есть ли повод волноваться, ваше высочество? — выдавила мягкую улыбку виконтесса. — Её высочество ведь огромной силы маг.
— Ты права, — просветлел кронпринц. — Она и в фехтовании такой мастер, что личные рыцари отца её остерегаются. Да и её грифон тоже… Конечно, ты права, — он улыбнулся. — Спасибо.
«Столько комплиментов, а мне даже не сказал, что платье к лицу…» — стараясь удерживать улыбку, мрачно подумала Глориоза.
— Кстати, ты сегодня как весенний цветок — такая нежная и очаровательная, — его высочество наконец переключился на свою спутницу. — Платье тебе очень идёт.
— Спасибо, ваше высочество, — улыбнулась виконтесса.
Фестиваль цветов изгнал лишние мысли из головы Глориозы — на всей огромной центральной площади столицы, куда ни посмотри, красовались яркие, нежные, благоухающие бутоны самых разных растений. Но всё это великолепие утратило бы большую половину своей прелести, если бы рядом с ней не было его высочества. Поданные кланялись, встречая его, но никто не бросался к нему, не требовал приветствий и вообще не создавал никакого лишнего шума. Если не обращать внимания на поклоны, можно было представить, что он такой же житель Флорендии, как и все остальные. Кронпринц, как оказалось, немало знал о цветах и языке, который они скрывали. Всю дорогу по площади он рассказывал о тех или иных растениях, попадавшихся на пути. Наконец, они добрались до зоны, где были представлены самые разные розы. И там он преподнёс Глориозе огромный букет белоснежных цветов, окутанных серебристыми магическими блёстками.