Магия герцога была незнакомой. Более обжигающей, острой, чем у его младшего сына, но тоже по-своему приятной. Если сила Марко накрывала тело тёплой шалью, то сила его отца напоминала сухой жар солнца в ясный июльский день. Чуть привыкнув к этому ощущению, девушка прикрыла глаза, приступая к самой сложной практике в своей жизни.
***
Ни Аманда, ни Винсент не знали точно сколько часов они, не шевелясь, пробыли у кровати бессознательного Арона. Время для них словно бы остановило свой ход.
Целительница, полностью погружённая в чужое сознание, медитативно и аккуратно распутывала мысли и чувства ей не принадлежащие, пытаясь отыскать искомые моменты, чтобы бережно их вырвать и тут же «залатать» место новой эмоцией, либо сгладить пробел в воспоминании.
Она видела чужие воспоминания, проживая самые радостные и самые тяжелые моменты, чувствовала все эмоции, улавливала мысли. Весь этот хоровод молнией проносился перед ней, то останавливаемый, то вновь запускаемый магией.
Сколько же было негатива в душе маркиза! Клубок этой тьмы начинался в возрасте девяти лет, когда его семилетний брат оказался более талантлив, чем он.
Боль и обида, уже через несколько лет переросли в жгучую зависть, а потом в ненависть. И всё это нужно было подчистить, тем самым «переписав» почти всю жизнь Арона.
Уже на втором часу работы, лоб девушки покрылся испариной, но она не обращала на это внимания, просто не заметила.
Герцогу было не легче. Он лишь раз делился своей магией, но то было давно, ещё в юности. Охваченный давно забытым ощущением, он долго старался привыкнуть, после чего стал внутренне «прислушиваться», пытаясь уловить отголоски чужой силы. Он понимал, что невестка не сможет ему сказать, когда именно ей понадобится больше силы, поэтому ему нужно было понять это самому.
Сначала, ничего не выходило. Всё же он не целитель и не может тонко улавливать чужую силу, но непрерывная концентрация и много времени дали свои плоды - он уловил слабую нить магии целительницы.
Винсент по-детски обрадовался, едва не дернувшись, но вовремя взял свои эмоции под контроль. Теперь нужно было просто следить, чутко улавливая едва заметные изменения в силе целительницы, чтобы вовремя усилить передачу магии.
На самом деле так они простояли почти девять часов.
Когда последняя эмоция, возникшая не так давно именно в этой камере, была заменена, девушка обессиленно отшатнулась, едва не упав, но была вовремя подхвачена стоявшим за спиной свёкром.
- Как ты? - золотые глаза обеспокоенно всматривались в бледное лицо целительницы.
- Нормально, - заплетающимся языком ответила та, смотря на чуть более здоровое, но всё равно уставшее лицо мужчины. - Всё сделано. Могу похвастаться, что работа безупречна. Горжусь сама собой, - вымученно улыбнулась Аманда, усаживаясь на кровать около всё ещё бессознательного маркиза. Ноги не держали совсем.
Поняв, что так она пытается развеять тяжёлую атмосферу, герцог легко улыбнулся, мягко глядя на хрупкую внешне, но столь сильную внутри девушку.
- Я тоже тобой горжусь, и Марко будет гордиться, как и все остальные. Спасибо тебе, - мужчина присел на корточки перед невесткой, накрыв её ладони своей рукой. - Ты не представляешь, как многое твой поступок значит для нашей семьи.
Пусть он и произнёс мало слов, но его взгляд сказал девушке намного больше.
- Я рада, что хоть так смогла помочь, - откинулась головой на стену целительница, из последних сил борясь со слабостью и усталостью в теле. - Я знаю, что Арон хороший человек, просто его душа осквернилась чернотой эмоций, вызванных банальной детской обидой. Его вина лишь в том, что он позволил злости прорасти в сердце, вместо того, чтобы отпустить эту эмоцию.
Винсент медленно кивнул, задумчиво глядя на сына.
- Он скоро очнётся?
- Когда мы вернёмся домой. Пока, я удерживаю его сознание в забытье.
- Зачем?
- Всё должно быть выполнено качественно. Нельзя допускать ни единой ошибки, способной посеять сомнения в его душе. Я скорректировала его последнее воспоминание. Он вспомнит лишь то, что потерял сознание на балу. Будет проблематично объяснить ему, почему его, ни в чём невиновного и бессознательного, утащили в тюрьму.
- Да, ты права.
- А ещё, я подчистила абсолютно всё. Теперь дело за вами. Не оступитесь в этот раз, - проникновенно произнесла Аманда, заглядывая свёкру в золотые глаза. Нет, она не собиралась применять внушение. Герцог был сознательным мужчиной, и в нём она не сомневалась, но хотелось убедиться в том, что её слова достигли не только разума, но и сердца несчастного отца.